-^ 443 — шался шумъ и шелестъ, будто отъ колеблемыхъ вѣтромъ листьевъ (1 ). По прѳданьямъ въ Литовскихъ пѣсняхъ, подрубленный или пораненый дубъ проливаетъ кровь —повѣрье , встрѣчающееоя съ древними миѳами о превращеніи людей въ деревья. Какъ при Иггдразилѣ —ясени Скандинавскія преданія чествуютъ дубъ Вёльзунга, такъ и у Литовцевъ, кромѣ дуба, почиталась священною и ясень. По литовокимъ преданьямъ, когда-то очень давно; задолго до Кейстута, въ одной приморокой деревиѣ жилъ человѣкъ, ио имѳни Тейсусъ (значитъ: Праведный). Къ нему обращались всѣ за совѣтомъ или предсказаньемъ, какъ къ человѣку вѣщему. Когда въ глубокои стдрости пришолъ ему смертныи часъ, боги, за его праведную жизнь; превратили его въ ясекь: точно такъ какъ Скандинавокіе Асы изъ ясени (askr) сотворили перваго человѣка. Потому въ Литвѣ это дерево именуется Деревомъ Праведнымв (2). Въ связи съ этимъ, есть литовское преданье, вполнѣ напоминающее Скаидинавскій Иггдразиль;— что боги, сходя на землю, любили собираться подъ ясенью. Соотвѣтственно этимъ преданьямъ, Скандинавскимъ и Литовскимъ, въ одной русской сказкѣ, подъ названіемъ Еѣтухъ и Жорновщ разсказыв зтся слѣдующѳе: Жили старикъ съ старухою, люди бѣдиые. Хлѣба унихънебыло. Набрали они въ лѣсу желудей и ими питались. Разъ уронила старуха одинъ желудь въ подполье. Пустилъ желудь ростокъ и скоро доросъ до полу. Старикъ прорубилъ полъ, и деревце выросло до потолка. Потомъ онъ разобралъ потолокъ и снялъ крышу. Дерево все ростетъ да ростетъ, и доросло до самаго неба. Пе стало у старика со старухою желудей, взялъ старикъ мѣшокъ % полѣзъ на дубъ. Лѣзъ—лѣзъ и взобрался на самое небо и проч. У Лужичанъ тоже преданье входитъ уже въ легендарный разсказъ о бѣдномъ человѣкѣ, у котораго было много дѣтей (3j. Точно также выросъ дубъ до самаго неба. Бѣднякъ взлѣзъ на вершпну дуба, и встрѣтилъ въ дверяхъ нѳба Апостола Петра. Въ иныхъ духовныхъ сказаньяхъ народъ доселѣ сберегъ память о древнѣйшихъ поэтическпхъ преданьяхъ, случайно внесенныхъ въ наши лѣтописи, и принадлѳжащихъ къ драгоцѣннымъ остаткамъ древнѣіішей русской поэзіи. Извѣстно баснословпое сказаніе Нестора (4) о томъ, какъ жители Бѣлагорода, осажденные Печенѣгами и уже истомившіеся отъ голода, обманули ихъ, приі 1 ) Tetfau und Temme, Die Volkssagen Ostpreussens, Litthauens md Westpreussens. 1837. «Лі? 15, (2 ) Тейспбес-меджіасъ. (3) Гаупта и Сыоллера Volkslieder d. Wenden, ч. 2, стр. 175. (*) Полн. Собр. Русск. Лѣюп. I, стр. 55.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4