— 391 — волкомъ перебѣгая путь великаго солнца. Вслѣдъ за тѣмъ именно говорится о быстротѣ Всеслава: онъвътеченіе звонакъзаутрени поспѣвалъ изъ Полоцка въ Кіевъ: «тому въ Полотскѣ позвониша заутренюю рано у Святыя СоФеи въ колоколы: а онъ въ Кыевѣ звонъ слыша». Можетъ означать эта Фраза и чуткій слухъ, но во всякомъ случаѣ —какую бы то ни было чудесную примѣту вѣщаго, необьгчайнаго героя. На это указываютъ тотчасъ же слѣдующія за тѣмъ слова: «аще вѣща душа въ друзѣ тѣлѣ, нъ часто бѣды страдаше». Другое тѣло, по моему мнѣнію, озпачаетъ не другаго или какого-нибудь человѣка йообще, и именно другое тѣло, не свое собственное, а волчъе, которое надѣвалъ на себя герой, перерыскивая путь великому Хорсу. Слѣдовательно бѣды страдалъ не кто другой, а тотъ же Бсеславъ,' хотя и вѣщая была душа его въ чужомъ тѣлѣ, то-есть; въ волчьемъ. Слѣдующее за тѣмъ мѣсто подтверждаетъ наше толкованіе: «Тому вѣщей Боянъ и нръвое припѣвку смысленый рече: ни хытру, ни горазду, ни нтицю горазду, суда Божіа не минути». Итакъ, характеръ исторической поэзіи Бояна вполнѣ былъ согласенъ съ народнымъ эпосомъ , въ раннюю эпоху его выхода на историческое поприще изъ темной миеологической области. Великія историческія событія, вызвавшія Полянъ, Сѣверянъ, Древлянъ и другія сосѣднія племена изъ ихъ безразличнаго, сплошнаго существованія, отразились въ народнои поэзіи историческими пѣснями, въкоторыхъ героями являются уже историческія лмчкошии именно князья, которыхъ воспѣвалъ Боянъ и, вѣроятно, другіе современные ему пѣвцы. Въ уномянутомъ выше темномъ мѣстѣ «Слова о п. игѵ» кто бы ни былъ пѣснотворцемъ Святославовымя—Боянъ; или кто другой, во всякомъ случаѣ вѣрно то, что въ XI в. былъ уже на Руси княжій пѣвецъ и безъ сомнѣнія не одинъ. Конечно это не были придворные, княжеокіе поэты, сочинявшіе но заказу; это были тѣ же первобьітные, народные нѣвцы, представители энической дѣятельности цѣлаго народа: но все же въ ихъ пѣсняхъ древніе интереоы, обнимавшіе нѣкогда весь бытъ народа, всѣ его вѣрованія и преданія, должны были, такъ сказать, сократиться, сосредоточившись къ отдѣльнымъ личностямъ князей. Поэтическое творчество отъ божествъ и миѳическихъ героевъ низошло къ обыкновеннымъ смертнымъ, но остановилось только на высшихъ представителяхъ народа, на князьяхъ, придавъ имъ миеическія черты зяакомыхъ идеаловъ древнѣйшаго эпоса. Это быстрое сокращеніе поэтическихъ интересовъ могло произоидти только потому, что не уснѣвшій созрѣть и окрѣпнуть миеическій эпосъ дрѳвней Руси не могъ устоять противъ напора новыхъ силъ внесенныхъ на Русь вмѣстѣ съ христіанствомъ и учрежденіемъ государственнаго порядка или наряда. Авторъ «Слова о п. иг.», предлагая характериотику старыхъ словесъ и за-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4