жественнаго интереса эти усадьбы представлять не могутъ; но ихъ заросшіе, запущенные парки съ ветхими бесѣдками необыкновенно поэтично окружаютъ старый уютныи домъ. Старинная мебель, ветхая роспись по стѣнамъ и скульптурныя украшенія какого-нибудь доморощеннаго художника окружаютъ эти дома какими-то романтическими грезами, навѣваютъ грустныя воспоминанія о томъ, чего, можетъ быть, никогда и не было... Тѣмъ не менѣе въ усадьбахъ этой категоріи встрѣчаются интересныя росписи стѣнъ и потолковъ, любопытныя архитектурные мотивы, — мастерски разработанныя террасы и сходы въ паркъ, но опять-таки болѣе характерныя для эстетическихъ запросовъ московскаго барства, чѣмъ для русскаго искусства конца XYIII-го вѣка. Стильность такихъ усадебъ нерѣдко бываетъ нарушена. Послѣдующія поколѣнія владѣльцевъ, смотря на свой домъ не какъ на художественное произведеніе, а какъ на удобное лѣтнее жилище, не стѣснялись перестраивать его и расширять. Поэтому рядомъ съ чистымъ Empire'омъ можно найти спѣды готики зо-хъ годовъ и даже позднѣйшихъ неопредѣпенныхъ эстетическихъ теченій. И наконецъ—третья категорія, —усадьбы, носящія чисто бытовой характеръ, созданія доморощеннаго классицизма, строившіяся часто по проектамъ и приказаніямъ самого барина, насмотрѣвшагося въ Москвѣ или за границей на архитектурныя сооруженія и воспроизводящаго въ своей усадьбѣ все, что ему понравилось и недорого стоило. Тутъ эстетика совершенно подчинялась быту. Приходила фантазія завести оранжерею— пристраивалиее къ готовому дому. Увеличивалось семеиство—прилѣпляли мезонинъ. И все строилось прочно, уютно, но некрасиво... Вспи усадьбы-дворцы создавались для великолѣпныхъ празднествъ и восхищенія гостей, усадьбы средняго типа для лѣтняго житья культурнаго барина, не желающаго даже въ деревнѣ отказаться отъ роскошии удобствъ городского быта, то послѣднія имѣли характеръ строго практическій, хозяйственный. Число такихъ подмосковныхъ незначительно, но въ далекихъ уѣздахъ это самый распространенныи типъ средней дворянскои усадьбы. Какъ и всѣ подмосковныя, Кусково (въ д верстахъ отъ Москвы по Нижегородскойж. д.) хранитъ только остатки прежняго великолѣпія. Прекрасный паркъ съ крытыми дорожками, прудомъ, статуями и красиво разбросанными среди зелени построиками, разбитыи въ І772 году, —лучшій въ окрестностяхъ Москвы «регулярной садъ» во французскомъ вкусѣ. Садъ планировалъ выписанный изъ-за грапицы «садоваго дѣла мастеръ» Раккъ (f 1797 :г•)■ ^ъ XVIII вѣкѣ, какъ показываютъ сохранившіяся старинныя гравюры, Кусковскій садъ былъ гораздо обширнѣе и богаче теперешняго. Онъ окружалъ прудъ, продолжался и на противоположномъ берегу, гдѣ теперь разрослась безпорядочная роща. Прямо противъ дома за прудомъ была прорубленадлинная просѣка—«першпектива», окаймленная подстриженными купами деревьевъ. Въ саду, кромѣ главнаго дома оранжереи, поварни—рядомъ съ домомъ съ лѣвой стороны, и «грота», обложеннаго извнутри раковинами, сохранившихся до нашихъ дней, было много другихъ павильоновъ и де37
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4