зившее такого избапованнаго цѣнителя, какъ австрійскій императоръ Іосифъ II 1 ). Примѣру П. Б. Шереметева, создавшаго «московскую Версаль», послѣдовали другіе, осѣвшіе въ Москвѣ, вельможи, и къ концу вѣка въ окрестностяхъ Москвы возникаетънѣсколько десятковъ красивыхъ «дворянскихъ гнѣздъ». Сохранившіяся подмосковныя можно раздѣлить на три категоріи. Во главѣ нужно поставить усадьбы московскихъ магнатовъ съ грандіозными дворцами, выстроенными по проектамъ лучшихъ архитекторовъ, всевозможными павильонами, театрами, «эрмитажами» и прочими изящными затѣями, великолѣпными «регулярными» паркамисъ партеррами,лабиринтами дорожекъ, статуями, памятниками, прудами и т. д. Эти парки тоже художественныя созданія забытаго теперь «садоваго искусства», имѣвшаго своихъ проспавленныхъ мастеровъ, свои традиціи. Къ категоріи такихъ усадебъ высшаго ранга надо причислить, кромѣ Шереметевскихъ Кускова и Останкина, Архангельское, созданное кн. Н. С. Голицынымъ и отъ него перешедшее къ Юсуповымъ, Марѳино—гр. Панина и Кузьминки—Голицыныхъ. Дворцы и декоративныя сооруженія въ этихъусадьбахъ—превосходныя созданія русской классической архитектуры, прелесть которыхъ возрастаетъ отъ красивой гармоніи произведеній искусства съ данными природы, умѣлаго расположенія строеній, развивающаго сложный архитектурный замыселъ, отъ той особой остроты художественнаго воспріятія, которая создается контрастомъ человѣческаго творенія и декораціи природы. Въ усадьбахъ этихъ чувствуешь себя, какъ въ прекрасномъ музеѣ, гдѣ все создано для восторженнаго любованія. Строители ихъ, сознавая и намѣренно подчеркивая художественность своихъ подмосковныхъ, не запирались въ нихъ, чтобы самодовольно наслаждатьсясозданнымии собранными сокровищами, но съ барскимъ радушіемъ открывали доступъ къ нимъ всей Москвѣ. Съ давнихъ поръ излюбленной загородной поѣздкой считалось посѣщеніе Кускова, гдѣ особенно поражалимосковскую публику богатѣйшія оранжереи. Приведенныя вьшіе строки изъ завѣщанія гр. Н. П. Шереметева своей искренностью производятъ трогательное впечатлѣніе и заставляютъ вѣрить, что созданіе и украшеніе Останкина производилось столько же для публики, сколько и для себя... Гр. Н. П. Шереметевъ не поручилъ сооруженіе Останкинскаго дворца одному какому-нибудь художнику; вмѣшивался самъ, давалъ совѣты, руководилъ мастерами и, такимъ образомъ, считалъ себя какъ бы авторомъ дворца въ цѣломъ. Затѣмъ идутъ болѣе скромныя усадьбы, чуждыя особыхъ затѣй, приспособленныя для удобнаго и спокойнаго житья. Барскій домъ въ этихъ усадьбахъ чаще возводили второстепенные или даже свои архитектора, иногда по образцу какой- нибудь сосѣдней пышной усадьбы, иногда пользуясь указаніями городскихъ архитекторовъ. Планъ дома приспособленъ къ потребностямъ широкаго домашняго быта, и забота объ уютѣ пересиливаетъ стремленіе къ великолѣпію. Паркъ украшали только пруды, пристани да нѣсколько круглыхъ бесѣдокъ обычнаго типа. Худо- ) оСтарые Годыо. 1910 Г. Іюль—авгусіъ зб
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4