коративныхъ сооруженій, безспѣдно исчезнувшихъ или до неузнаваемости передѣланныхъ: театръ, гдѣ выступала знаменитая Шереметевская труппа, Голландскій домикъ, Эрмитажъ, Китайскій домикъ, Англійскій домикъ и т. п. Славу Кускова, кромѣ театраи невиданныхъ въ Москвѣ оранжерей, составляла богатѣйшая «менажерея», т.-е. звѣринецъ. Кусково заботливо поддерживается теперешнимъ его владѣльцемъ. Садъ—въ образцовомъ порядкѣ, деревья подстригаются, тщательно выравненныя дорожки по-прежнему прихотливо извиваются среди зеленыхъ стѣнъ,—но все же общее впечатлѣніе чего-то мертваго, опустошеннаго и отжившаго. Нѣтъ той жизни, для которой созданы эти алпеи и партерры, и чѣмъ старательнѣе будетъ поддерживаться прежній обликъ Кускова, тѣмъ острѣе будетъчувствоваться аналогія съ нарумяненнымъ трупомъ. Запущенныя, мертвыя усадьбы кажутся болѣе живыми, одухотворенными, поэтичными. Чтобы оживить стриженныя дорожки Кускова, нужно воскресить тѣ праздники, когда разряженная толпа москвичей, шурша шелкомъ, наводняла кусковскій садъ, когда гремѣла роговая музыка, на пруду разъѣзжали разукрашенныя гондолы, и спрятанный на берегу хоръ увеселялъ катающихся... Роговая музыка—любопытная выдумка барскаго быта—составляла одну изъ приманокъ Кускова. Чтобы избѣжать сложнаго музыкальнаго восяитанія крѣпостного оркестра, каждому музыканту поручалась одна какая-нибудь нота. Такимъ образомъ, число участниковъ оркестра равнялось музыкальному регистру. Никакой выучки не требовалось, и секретъ музыкальнаго уснѣха заключался въ соблюденіи очереди. Устраивавшіяся въ Кусковѣ гулянья обыкновенно заканчивались вечернейиллюминаціей парка и фейерверкомъ. Барскій домъ и расположенная рядомъ церковь довопьно бѣдны въ архитектурномъ отношеніи. Домъ строили шереметевскіе крѣпостные архитектора, нричемъ преданіе приписываетъ нроектъ французскому архитектору де Валли '), совершенно невыясненному художнику. Кусковскія зданія относятся къ той переходнои полосѣ русской архитектуры, когда пышная вычурность Влизаветинскаго стиля уже надоѣла, но нриближавпіійся классицизмъ не сталъ еш,е обязательнымъ канономъ; въ этомъ отношеніи Кусково занимаетъ совершенно обособленное мѣсто среди нодмосковныхъ, въ которыхъ господствуетъ классическая архитектура, начиная приблизительносъ 1790-го и кончая 20-ми годами. Оранжерея, собственно ея центральный павильонъ, еще полна традицій творчества Растрелли, но фантастическіе павильоны въ паркѣ уже не подчиняются никакому стилю. Такимъ образомъ, въ Кусковѣ мы совершенно не видимъ художественнаго единства, строгой согласованности всѣхъ отдѣльныхъ сооруженій; наоборотъ—въ основу какъ будто положенъ паркъ, и къ нему приноровлены зданія. Разбивался паркъ въ французскомъ вкусѣ, строился классическій домъ; позднѣе пристраивался гротъ или еще что-нибудь. Совершенно не такъ, мы увидимъ это на примѣрѣ другихъ подмосковныхъ, создавались усадьбы въ болѣе нозднее время, когда уже былъ вы- •) И. Е. Б о н д я р е н к о. Архитектурные памятники Москвы. Вып. III. 38
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4