IV. Для мужской половины московскаго общества притягательнымъ центромъ были клубы. Съ воцареніемъ Александра I и наступлеыіемъ либеральной эпохи клубы расцвѣтаютъ и занимаютъ видное мѣсто въ общественнойжизни Москвы. Ѳ, Ростопчинъ писалъ въ 1803 году: «Въ настоящее время Москва помѣшалась на клубахъ, мужскихъ собраніяхъ и на страсти отличаться краснорѣчіемъ... и во всемъ этомъ одно только подражаніе». Придирчивый Ростопчинъ не правъ: конечно, въ спокойной атмосферѣ барской Москвы, создавшей болыпое количество всякихъ чудаковъ, сплетниковъ и салонныхъ болтуновъ, не могъ въ клубахъ установиться вполнѣ серьезныи тонъ, солидность и идейная выдержанность,—но все же потребность въ культурномъ общеніи была сипьна, и клубы, прежде всего— «Англинской клубъ», управляли общественнымъ мнѣніемъ, оформливали зрѣющую попитическуюмысль. Въ клубахъ звучало свободное слово, въ нихъ крѣпло оппозиціонное настроеніе, проявлявшееся, правда, въ довольно невинныхъ формахъ. Тотъ же Ростопчинъ дальше дѣлаетъ указаніе на пиберализмъ и самостоятельность дѣйствій членовъ Англійскаго клуба: «Бѣдный канцлеръграфъ Остерманъ»,—пишетъРостопчинъ,—«вообразилъ, что его примутъ въ Англіискій клубъ безъ баллотировки; но члены, и въ особенности всѣ стриженныягоповы, подняли крикъ о нарушеніи клубнаго устава, и лишь послѣ многихъ хлопотъ удалось отстранить ихъ рѣшеніе противъ бывшаго министра иностранныхъдѣлъ» 1 )... Ангдійскій клубъ, привлекавшій къ себѣ наиболѣе культурныхъ представителей московскаго дворянства, поддерживалъ въ обществѣ интересъ къ общественнымъ и политическимъ вопросамъ; дебатировались преимущественно вопросы иностранной политики, находившіе обильный матеріалъ въ тревожныхъ событіяхъ европеиской жизни, Обсужденіе новостей и дебатычасто принималикаррикатурныи характеръ, незамѣтно переходя въ сплетни и пересуды, но та страстность, съ которой принимапись политическія новости въ Англійскомъ клубѣ, говоритъ о наличности серьезнаго интереса къ общественнымъ вопросамъ. Одинъ изъ дѣятельныхъ членовъ клуба даже поселился наМясницкой, недапеко отъ почтамта, чтобы первымъ узнавать петербургскія новости и нести ихъ въ клубъ... Но не одна жажда идейнаго общенія привлекала москвичей въ Ангпійскій клубъ. Здѣсь была отличная библіотека, выписывавшая всѣ журналы, здѣсь обѣдали, встрѣчались со зиакомыми, а «проба новаго повара» въ Англійскомъ кпубѣ, славившемся искусствомъ своихъ поваровъ, была крупнымъ событіемъ для веселящейся Москвы... Культурные интересы московскаго общества конца ХѴІІІ-го вѣка были очень разнообразны. Интереса къ научнымъ вопросамъ почти не было, если не считать профессорской среды и немногочисленныхъ любителей-диллетантовъ. Научная эрудиція, требующая усидчивости и строгой спеціализаціи, считалась дѣломъ не дворянскимъ. Зато литературная об1) вРусскій Архввъ», 1889 г., стр. 4б.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4