Пріѣзжая ежегодно въ Москву, они имѣли тамъ собственные дома, расположенные преимущественно въ Замоскворѣчъи 1 ). Эта провинціальная масса, покидавшая Москву весной, когда кончался сезонъ баловъ и увеселеній, привозила съ собой свои захолустныя привычки и манеры старомодные костюмы и своеобразные интересы. Чутко и жадно слѣдила за всѣми новостями въ области моды и этикета и старательно перенимала, чтобы потомъ разнести по всѣмъ концамъ Россіи. Провинціальныя замашки тщательно скрывались, но все же пробивались и служили кореннымъ москвичамъ неистощимой темой свѣтскихъ толковъ и насмѣшливыхъ эпиграммъ. Жадно схватывая все привлекавшее его вниманіе, провинціальное дворянство преимущественно перенимало внѣшнія достиженія культуры, гораздо слабѣе воспринимая идейныя теченія и литературныя настроенія, внося въ обіцественную жизнь Москвы своюнаивность, жажду развлеченій и черноземное добродушіе: «по веселому добродушію на лицахъ провинціаповъ легко отличить ихъ отъ постоянныхъ жителей Москвы», —говоритъ Вигель. Сами едва схватившіе верхи европейскаго лоска, они были строгими ревнитепями приличіи и іцедро осыпапи сплетнями каждое отступленіе отъ свѣтскихъ правилъ: старомодность костюмовъ, выѣздъ дамы въ дрожкахъ, вольнодумное фатовство и т. д. Особенно ядовитые толки вызывали останавливавшіеся въ трактирахъ, т.-е. гостиницахъ,—или жившіе «въ меблированныхъ помѣщеніяхъ, Богъ знаетъ съ кѣмъ стѣна объ стѣну»... 2) Кочеванье провинціаловъ на зиму установилось въ послѣднія десятилѣтія ХѴІІІ-го вѣка и несомнѣнно играло замѣтную роль въ пріобіценіи къ культурѣ русскаго дворянства. Гораздо легче и быстрѣе мужчинъ осваивапась съ европейской культурой женщина.Конечно, интересырядовой дворянки, привсей ихъ многосторонности, не шли далыпе нарядовъ, украшеній и манеръ, но все это усваивалось съ болыпой быстротой и чуткостью. Московская женщина конца ХѴІІІ-го вѣка не выдѣляетъ ни одного опредѣленнаго типа, но все же культурный уровень русской барыни и, особенно, дѣвицы несомнѣнно повышается, и вслѣдъ за французскими прическами и модными нарядами въ область ея интересовъ входятъ чувствительные стихи, нѣжные романсыи увлекательные переводные романы. Пустоту московской дамы и любовь къ нарядамъ и всему парижскому отмѣчаютъ многіе современники. Въ послѣдніе годы ХѴІІГго вѣка въ Москвѣ начинаетъ появляться бопьшое количество сатиричеекихъ произведеній, осмѣивающихъ мотовство, легкомысліе и лживость дамъ, а попутно и фатовство молодыхъ людей. Въ этихъ желчныхъ обличеніяхъ чувствуется и возмущеніе природнаго здраваго смысла и вліяніе скептической философіи: сочинитель ихъ представляется ветхимъ старичкомъ въ мѣдныхъ очкахъ, помнящимъ времена Елизаветы Петровны, вольтерьянцемъ, не могущимъ примириться съ «моднымъ теченіемъ мыслей»... ') «Зяписки Вигеля». 2) Благово. Разсказы бабушки. Москга. Т. IX. 3
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4