зде мои чулки и башмаки; тамо лежит моя шляпа; зде мой кафтан и штаны —токмо того не знаю, где глава моя?" Поискавши, обращается к публике с просьбою: „О вы, господа! Аще ли хто от вас из любви и приятства мою главу скрыл, и того покорно, без шляпы прошу и молю, чтобы мне он возвратил" ... Подобное же шутовское прощание со светом, и близкими находим и в другой, позднейшей пьесе „О крепости Грубетоне", но с пародическими намеками на БІуІе ргёсіеих, что, впрочем сущности ситуации не меняет. Грубетонские солдаты берут в плен шутаавантюриста, Тразо; он предлагает им распить- братину пива вместо того, .чтобы его вешать. Они несогласны. Тразо просит: „дайте мне сроку к душеньки моей писать". —„Пиши, но вкратце", следует ответ. Тразо „взяв бумагу, перо, чернил, почал писать: „Мадам, прекраснейшая, мадам, изряднейшая сова возлюбленных моих мыслей, кошка морская погибших моих чювств, маетник храбрости моей, иже к северной звезде твоей неизреченной сладости пристал, и аз уповаю, яко и ты по смерти моей меня пожалуешь, чалого коня храбрости моей в стойло милосердия своего заключиши ' . . . Солдаты развесили уши, слушая выспренние разглагольствия плута, и тут Тразо —„одного застрелит, второго удавкою поймает и говорит; виждь ты, выб... ток, так с вами поступать надобно; я васиным нравом научу. Я тебя гораздо кормить стану, ты только, говори каких пищ желаешь : солонину изволишь ли ты с двемя дюжинами оплеух натыкану, или треску рыбу, на спине приложенну; желаешь ли ты старую 47
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4