Ф. в. .Титвин 45 его часть, именно вагнеровскую, где артистка достигла предельных художественных высот. Литвин два сезона, с 1890 по 1892 г., служила в императорских театрах, иэ них первый в Москве, второй —^в Петербурге, затем окончательно поселилась в Париже, откуда явилась к нам уже только в 1898 г., в великопостном перерыве, в составе немецкой оперы, а с 1899 г. по 1914 г. превратилась для Мвриинского театра в постоянную гастролершу. Это было вызвано внедрением тогда у нас в репертуар Вагнера, и тут с Литвин соперничать никто не мог. Из русских партий мне довелось слышать у Литвин только одну: Юдифь. Уж и пела же она ее! Весь ее внеппшй облик как нельзя лучше соответствовал представлению о легендарной еврейской женщине, задумавшей отчаянно-смелое предприятие. Знаменитая ария 2-го акта «Я оденусь в виссон», столь трудная по своей тесситуре, по' той постепенности, с какой голос точно по лестнице идет все выше и выше, исполнялась Литвин с исключительной легкостью и звуковой выразительностью. Фраза: «У вечерней зари я возьму алый блеск» произносилась так, что казалось, вот Юдифь уже вся озарена этим алым блеском, точно закутана в волнующееся алое покрывало. А при следующих словах на более высоких нотах: «Я у солнца возьму золотые лучи» •—■ вся фигура Юдифи точно вырастала, и мнилось, что золотые лучи сияющей диадемой обвили ее голову, дрожат в ее волосах, всю пронизывают ее какимто волшебным светом. Таково было воздействие на слушателя голоса Литвин, в котором были и алый блеск и золотые лучи, а в натуре артистки столько темперамента, что ее исполнение расцвечивалось самыми яркими красками художественной выразительности. А в последнем акте, когда Юдифь-победительница, народная героиня, запевает финальный гимн; «Трикраты свят наш Иегова», голос Литвин на плавной мелодии этого гимна разливался по театру широкой волной, достигая органной звучности и органной красоты, отчетливо вырисовываясь на фоне огромного хора и оркестра. В партиях вагнеровских Литвин, как выше сказано, соперниц себе не мыслила. Разве только одну Терезу Мальтен. Когда в 1898 г. импрессарио Георг Парадиз организовал великим постом в Мариинском театре представления вагнеровских опер, я в качестве юного адепта вагнеровского искусства с головой погрузился в это безбрежное море музыки. На 1-м представлении
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4