ГЛАВА VIII Л. Г. ЯКОВЛЕВ Леонид Георгиевич Яковлев —вот имя, с которым у меня и у моих сверстников —посетителей Мариинского театра—связаны самые радостные воспоминания. Не счесть тех вечеров, когда по всему зрительному залу —с галереи, из лож, из партера —раздавалась звонкая перекличка: «Яковлев! Яковлев! Яковлев!!», а по окончании спектакля толпы молодежи кубарем скатывались сверху, к барьеру оркестра, и наш любихчец без конца выходил на вызовы, порою презабавно вздев на нос Риголетто или Демона пенсне: он был близорук. Каждый спектакль приносил Яковлеву триумф. Когда же ему случалось выступать вместе с Фигнером, а это бывало сплошь и рядом, в зрительном зале творилось нечто неописуемое: фигнеристы и фигнеристки что было силы надрывались за своего кумира, яковлевисты обоего пола всячески старались их перекричать и перехлопать. Вспоминая сейчас эти овации Яковлеву, я могу сказать, что такие же овации, кроме Фигнера и Мравиной, вьшадали впоследствии на долю только Собинова и Шаляпина. Что же служило новодоім к выражению пламенных восторгов публики по адресу Яковлева и в какой мере они этим артистом были заслужены? Об этом я расскажу подробно, ибо в моей памяти Яковлев сияет ослепительным блеском в ярком созвездии: Стравинский —Славина —Мравина — Яковлев —Фигнер — Ершов —Собинов. Яковлев —уроженец Херсонской губернии, где у его отца было имение—первоначально учился в Петербургской 2-й классической гимназии, закончил же свое образование в Николаевском
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4