b000001017

- 59 — замѣною какого либо языческаго изображенія или же цѣ- ликомъ новымъ христіанскимъ внесеніемъ в). Подводя итогъ выше-изложенному, можно сказать, мнѣ думается, что есть нѣкоторое основаніе видѣть въ медвѣдѣ ярославскаго герба явленіе не случайное и произвольное, а преемственное, одинъ изъ пережитковъ, связывающій те- кущіе дни съ первыми вѣками исторіи Ярославскаго края. Переходя къ выясненію ростовскаго герба, отмѣчу прежде всего о существованіи въ Ярославской губерніи еще до сихъ поръ повѣрья (на ряду съ повѣрьемъ о мед- вѣдѣ), по которому на Ильинъ день олень опускаетъ въ воду (рѣку, озеро и т. п.) копыто, отчего вода дѣлается темною и холодною, на Преображенье же (6 авг.) онъ уже весь искупывается и вслѣдствіе того вода просвѣтляется, дѣлается „бѣлою" и уже совсѣмъ холодною '). О сущности Выше я уже замѣтилъ, что прообразомъ (хотя, можетъ быть, и не первообразомъ) ярославскаго герба можетъ служить марка на готландскомъ колоколѣ, въ высшей степени типичная. ') По Афанасьеву (Поэтическ. возрѣнія словянъ на природу, т. 1, стр. 637 — 641) это повѣрье извѣстно и въ другихъ мѣстахъ Рос- сіи съ небольшими измѣненіями; мочитъ ногу или хвостъ, или мо- чится (ссытъ) въ воду. Не связано-ли данное повѣрье съ жизнью оленя (сѣвернаго) и не относится-ли оно своимъ корнемъ къ глубо- кой древности, къ послѣ-ледниковой порѣ, когда олень былъ важенъ и необходимъ здѣсь также, какъ теперь обитателямъ сѣвернаго поя- са? Съ конца Іюля сѣверный олень начинаетъ перекочевку или зим- нюю „ходу'' въ болѣе теплыя мѣста, совершаемую довольно медлен- но и постепенно. Хода усиливается и достигаетъ полнаго развитія въ концѣ августа и въ сентябрѣ, когда эти животныя .идутъ къ Ю. большими стадами, переплывая рѣки, въ которыхъ ихъ И бьютъ съ ло- токъ, уничтожая большія количества. Правильная повторность (періо- дичность) явленія ходы въ жизни сѣвернаго оленя, очевиднымъ для всѣхъ образомъ связанная съ положеніемъ солнца на небѣ, т. -е. съ теплотностью, съ времянами года, и послужила основою представле- нія о нѣкоей таинственной связи оленя съ солнцемъ, какъ съ боже- ствомъ, и основой сперва посвященія оленя солнцу— богу, а потомъ, постепенно, отождествленія его съ нимъ или сліянія въ одно пред- ставленіе, т.-е. олицетворенія солнца въ оленѣ, извѣстное многимъ племянамъ и въ Россіи, и за ея предѣлами. Замѣтить связь явленія ходы съ положеніемъ солнца на небѣ долженъ былъ еще человѣкъ поры сѣвернаго оленя, ибо онъ жилъ цѣликомъ на счетъ этого оленя. Хода наблюдалась и въ Ярославской губерніи до половины XIX в.; еще въ 1860 гг. сѣверный олень ежегодно заходилъ въ ея предѣлы въ зимнее время. Конечно, можно бы думать, что словяне заимство- вали почитаніе оленя у финскихъ сосѣдей — оленеводовъ, но этому противорѣчитъ то, что арійцы обратили вниманіе на оленя въ глу- бокой древности, какъ слѣдуетъ изъ одинаковости названій его почти у всѣхъ ихъ вѣтвей: ст. слов, алънь,— ИІД.| ІСлы, І0лень, рус. олень (уменьшительное отъ олъ), серб, лелен, пол. іеіеп, иллир. іеііп, чеш. §е]еп, прус, аіпе, лотыш. аіпіз, литов. ёіпіз, еіпёпе, греч. ІХ}.ОС== ■*ІХѵ6с =олененокъ и еХасрос (гХХбс очень близко къ русскому — лос— (е) — лось, др. нѣм. е1а1і=лось, ан.-сак. еІсЬ, скан. еІ§г, ирл. еіІісІЬ); нѣм. еІІепіЫег, еіеп и еіепсі изъ литов., фран. еіап изъ нѣм., кимр.