26 «Я не осмѣливаюсь изъяснять, сколь много Всевысочайшзя наша Самодержица, истинная Матерь каждаго и всѣхъ, устроила пользы Россійскому Слову на днешнее и будущее время щедрымъ покровительствомъ Наукъ, а нанначе установленіемъ Собранія, старающагося о переводѣ иностранныхъ книгъ: сіе ііредзиаменитое благодѣяніе Наукамъ и ободреніе трудящимся въ оныхъ предоставлено прославить, яко часть важныхъ Ея щедротъ нашему отечеству, имепитымъ Россійскнмъ етніотворцамъ иынѣшвинъ, а паче будущимъ, которые восчувствуіотъ тѣяъ паче сіе великое благодѣяніе, чѣмъ болѣе узрятъ источниковъ, откуда почериати краснорѣчіе и знанія. Могу токмо сіе, со всѣми, сказать, что великая Ея щедрота къ Наукамъ уже и нынѣ ощутительные являетъ плоды: ибо отъ начала нросвѣщенія Россіи по Ея царствованіе мы менѣе находимъ полезныхъ книгъ, иереведенныхъ на Россійскій языкъ, нежели сколько таковыхъ уже вышло со время Ея державствованія донынѣ» ОДругой современникъ —Н. И. Новиковъ, говоря въ «Живописцѣ» (въ 1773 г.) о Собраніи переводчиковъ, также признаетъ большія его заслуги. Новиковъ говоритъ: «Ея Императорское Величество учредила Собраніе, старающееся о переводѣ иностранныхъ книгъ ва Россійской языкъ, и опредЬлила ежегодно по пяти тысячъ рублей для заплаты переводчикамъ за труды ихъ. Симъ однимъ дѣйствіемъ много сдѣлалось пользы: упражвяющіеся въ переводахъ пріобрѣли чрезъ сіе честное и довольное пріумноженіе своихъ доходовъ, а тѣмъ самымъ поощрены они ко прилѣпленію къ наукамъ гораздо болѣе, нежели какъ бы оиредѣленнымъ жалованіемъ: гдѣ должность, тутъ принужденіе, а науки ліобятъ свободу и тамъ болѣе распространяются, гдѣ свободнѣе мыслятъ. Сколько же проистекло пользы отъ переведенныхъ книгъ, подъ смотрѣніемъ сего Собранія? Безпристрастный и любящій свое Отечество читатель, тебѣ сіе извѣстно» ^). Влизкій къ ХУПІ столѣтііо человѣкъ —1. А. Дмитріевъ з) говоритъ: «Наша литература послѣдней половины прошедшаго вѣка была не такъ слаба и безплодна, какъ нѣкоторые объ ней дуиаютъ. Она ограничивалась не одними цвѣточками, но приносила и плоды, которыми въ свое время пользовались и наслаждались. Взглянемъ, напримѣръ, на переводы..» Далѣе М. А. Дмитріевъ перечисляетъ переведенныхъ въ ХТШ-мъ вѣкѣ древнихъ авторовъ. Большая часть исчислепныхъ произведеній —переводы, сдѣланные Собраніемъ. Изъ этихъ отзывовъ можно заключить, что дѣятельность Собранія весьма цѣнилась современниками. Заканчивая общій обзоръ дѣятельности Собранія, старающагося о переводѣ книгъ, мы приходимъ къ выводу, что работа этого учрежденія, конечно, не была настолько плодотворною, какою могла бы быть при болѣе правильной организаціи всего этого дѣла. Во время руководительства Г. В. Козицкаго Собраніе во всѣхъ отношеніяхъ стояло на высотѣ своей задачи; во вторую же половину дѣятельности, при С. Г. Домашневѣ, наблюдается большой упадокъ въ переводной работѣ. Несмотря на это, дѣятельность Собранія за пятнадцать лѣтъ, разсматриваемая въ совокупности, представляетъ весьма цѣнный вкладъ въ литературу Екатерининской эпохи. Главную заслугу Собранія мы видимъ въ переводѣ на русскій языкъ твореній древнихъ классиковъ. Дѣятельность Собранія въ этомъ направленіи отличается извѣстною систематичностью плана, по числу же выпущенныхъ Собраніемъ томовъ сочиненій древнихъ 1) См. предисловіб къ переведенному Поповымъ для Собранія «Освобожденному Іерусалиму» Таеса (СПБ., 1772 г.). 2) «Живописецъ», изданіе I, часть II, стр. 356. 3) М. А. Дмитріевъ, «Мелочи изъ запаса моей памяти», 2-ое тпсненіѳ, изданіе «Русскаго Архива» (М., 1869 г.), стр. 46. Любопытно, что М- А. Дмитріевъ собирался составить ІІ0ЛНЫІ} каталогъ всѣхъ вышедшихъ въ Екатерининское время переводовъ, съ обозначеніемъ именъ переводчиковъ (Тамъ же, стр. 47).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4