b000000942

85 Яковлевичъ. Нагнулась купчиха, смотритъ въ окошко; вскочилъ Иванъ Яковлевичъ на нее, сѣлъ верхомъ, и ну колотить по спинѣ. „Эго значить", — объяснилъ потомъ богадѣленный дьяконъ, — „что сынъ вашъ поступить скоро въ кавалерію". По прежней службѣ моей въ 1850 — 54 годахъ, мнѣ приходилось посѣш;ать Московскій сумасшедшій домъ по- чти ежемѣсячно: чрезвычайная грязь и зловонная об- становка, окружавшія Ивана Яковлевича, производили дѣйствительно впечатлѣніе отталкивающее; но дѣтское добродушіе Московскаго прорицателя и необыкновенная его безсребренность^ — онъ ничего себѣ не выпрашиваетъ, ничего себѣ не оставляетъ, — при ближайшемъ знаком- ствѣ съ нимъ, способны были даже возбудить нѣкоторое сочувствіе къ бѣдному страдальцу; въ этомъ отношеніи Иванъ Яковлевичъ представлялъ настоящій типъ бла- женнаго XVI вѣка, и нисколько не походилъ на тѣхъ лживыхъ пророковъ и шпыней, которые изъ своего про- рочества дѣлали ремесло для выманиванія денегъ у до- вѣрчивыхъ православныхъ. Ошибка Ивана Яковлевича заключалась единственно въ томъ, что опоздалъ онъ яв- леніемъ своимъ на цѣлыя 300 лѣтъ. О житіи его и дѣя- ніи говорено подробно въ кн. IV, на стр. 459 — 464. Замѣчательно , что въ Ивана Яковлевича вѣрили не только Московокія мѣщанки и купчихи и дамы высшаго круга, но даже государственные сановники, извѣстные ученые и высшія духовныя лица. Иностранныхъ портретовъ въ числѣ народныхъ кар- тинокъ тоже' немного, — больше все царскіе, есть впро- чемъ и богатыри, — Позорскій и Пеше Шиширъ (585), Турецкіе паши Ага и Муралей (582), пресловутая вои- тельница греческая Бобелина, женская персона капи- тальнаго размѣра, которая, какъ сказано въ картинкѣ, „храбростью и силою своею многихъ мущинъ превосхо-