b000000942

84 благословленіе своего ребенка, потомъ сама подошла, по- цѣловала его руку и лобъ, перекрестила его, я вышла". „Направо, въуглѣ, на полу, лежитъ Иванъ Яковлевы чъ, закрытый до половины одѣяломъ. Онъ можетъ ходить, но нѣсколько лѣтъ уже предпочитаетъ лежать. Рубашка, одѣяло и наволочка у него изъ темнаго ситца; лежитъ онъ на спинѣ, сложивъ на груди жилистыя руки; ему около 80 лѣтъ; лобъ высокій, голова лысая, лице какое- то придавленное. Ъстъ онъ руками, кушанья скоромныя и постныя перемѣшиваетъ вмѣстѣ, самъ ѣстъ и другихъ кормитъ, производя при этомъ разныя экцентричности" (IV. 460). Мнѣ самому случалось видѣть, какъ Иванъ Яковлевичъ намѣшаетъ въ чайникѣ съ чаемъ табаку, помакиваетъ въ этомъ снадобьи ручку отъ калача, и за- ставляетъ ѣсть не только купчихъ, но и дворянскихъ дамъ; это, какъ объясни лъ мнѣ его дьяконъ, за то, что ужъ онѣ ему очень сильно надоѣли. И что-же наши дамы! — плачутъ, а ѣдятъ. Прибѣгающимъ къ его прозорливости, Иванъ Яков- левичъ провозглашаетъ отрывочные, перепутанные съ смѣхотворною латынью и никому непонятные отвѣты^ которые могутъ быть истолкованы только однимъ, при- ставленнымъ къ нему снотолкователемъ , богадѣленнымъ дьякономъ, или-же даетъ имъ писменные отвѣты; напри- мѣръ, на вопросъ: ,,женится-ли такой то?" Отвѣтъ: „безъ працы не бенды кололацы". „Выду-ли я замужъ?" — „Это хитрая штука въ своей силѣ, что въ ротъ носили". Иногда прорицанія Ивана Яковлевича носятъ эмблематическій ха- раіітеръ. Пріѣхала къ нему извѣстная нѣкогда красавица, купчиха Шестова, и спрашиваетъ его о чемъ-то, а онъ поднялъ ей подолъ, да и говоритъ: „все растрясла, поди прочь!" (IV. 463); другая купчиха К— а спрашиваетъ его: „скажи, Иванъ Яковлевичъ, что будетъ съ моимъ сыномъ?" — „Смотри въ окошко", говоритъ ей Иванъ