b000000942

40 водой; идетъ мимо окна Аристотелева, да й подняла юбочку повыше колѣна; залюбовался сѣдой лиходѣй красавицей; Филида бросила ему горсть цвѣтовъ да яѣ- сколько люОовныхъ взглядовъ, — потерялъ голову Ари- стотель, побѣжалъ вслѣдъ за соблазнительницей - и на- чалъ уговаривать е'ё на любовь, предлагая деньги, ал- мазы, все, чего только пожелаетъ. Чтобы помучить сѣдаго умника, Филида заставила его стать на карачки, сѣла на него верхомъ и погнала на четверенькахъ по садовымъ дорожкамъ, къ немалому удовольствію зрителей, сбѣжавшихся посмотрѣть на такое потѣшное зрѣлище. Этотъ забавный эпизодъ съ Аристотелемъ представленъ и на одной изъ нашихъ народныхъ картинокъ (№ 220), въ передѣлкѣ на русскіе нравы Петровскаго времени; онъ озаглавленъ такъ: „Нѣмка ѣдитъ на стари кѣ, на старомъ д е, -на большой бородѣ, посулила ему сткляницу вина, да кунганъ пива, да съ ногъ его сшибла", при чемъ нѣмка представлена въ чухонскомъ платьѣ, съ чалмой на головѣ; она сидитъ верхомъ на бородатомъ старикѣ, ко- торый плетется, опираясь на клюку, а сзади посыпаетъ опекишами; въ рукахъ у нѣмки штофъ съ виномъ и кув- шинъ съ пивомъ. Конечно проповѣдное озлобленіе Пчелы и бесѣдъ про- тивъ женш,ины не имѣло никакого значенія въ народномъ быту; народъ глядитъ на женщину и на ея мѣсто въ домѣ гораздо проще и трезвѣе; по его глупому разуму; родился человѣкъ мужикомъ на свѣтъ, — значитъ и слѣ- дуетъ ему бабу достать, да семью завести, и не умерщвле- ніемъ плоти заниматься, а просто работать да подати пла- тить, пока смерть не приберетъ; складена у него въ домѣ печь, по двору ходитъ корова, а въ полѣ ленъ поспѣлъ, — значитъ нужна хозяйка печь топить, корову доить и ленъ брать; да ктомуже онъ хорошо знаетъ, что и самое озлоб- леніе у составителя Пчелы не настоящее, а напускное, и