b000000942

162 стала вторгаться и въ высшія сферы, въ видѣ бакеновъ, эспаньолокъ, маленькой бородки а 1а Ітапдаіізе, — а въ послѣднее время и въ видѣ простой окладистой древне- русской бороды, которую завели на своихъ физіоно- міяхъ солидные нѣмцы и практическіе англичане, про- звавши ее а 1а тои]хк; ну и мы съ нихъ переняли и очутились съ прежней своей собственной бородой, кото- рую выслали быловъ дверь, но которая вернулась къ намъ въ окно изъ за тридевяти земель, и съ загранич- нымъ патентомъ. „А сколько народу перепорчено было за нее попусту!", говаривалъ старообрядецъ Молошниковъ, знаменитый собиратель древнихъ иконъ въ Москвѣ, — „и гдѣ во всемъ этомъ дѣлѣ виноватый, подумаешь? Вотъ и съ книгами почитай тоже, что съ бородой было; хуже еще гораздо было: были у насъ книги старыя, выправили ихъ при Никонѣ, — немного лучше, немного хуже что-ли онѣ отъ того стали, — „молись", говорятъ, по новымъ, — „не хочу по новымъ; отцы по старымъ молились и я то-же". „Ей мо- лись! слушай начальство".— „Не хочу". — „Молись, не то плохо будетъ". „Готовы пострадать за вѣру"', говорятъ Соловецкіе старцы. И вотъ начинается исторія, кто кого переупрямитъ: осада, кнутъ, пытки, казни, колья, висѣ- лицы, мученичество; — трудно повѣрить какіе ужасы и злодѣйства. Но то было при Никонѣ,— урокъ ему былъ хорошій: расколъ только усилился; Петръ не рѣшился еще разъ прибѣгнуть къ сомнительнымъ мѣрамъ и удо- вольствовался двойнымъ окладомъ и позорными меда- лями. Съ радостію записывались раскольники въ двойной окладъ и покупали себѣ антихристово клеймо, которое избавляло ихъ отъ дальнѣйшихъ притѣсненій. Петров- ская картинка съ цирюльникомъ — въ ходъ не пошла и повтореній не имѣла; а время показало насколько онъ былъ не правъ въ этомъ дѣлѣ, даже смотря на него