b000000929

Въ сіортукахъ за то желтыя прошвы, Хоть съ толокна животы подвело, Да въ позументахъ подъ каждымъ сѣдло", Случается, разгоряченная запахомъ крови собачка бросается въ середину стада и разстерзываетъ барашка. Но виноватъ въ бѣдѣ — пастухъ — зачѣмъ попался не во время на встрѣчу: „Рёвма-реветъ злополучный пастухъ. За лѣсомъ кто-то ругается вслухъ. Баринъ кричитъ: „замолчи, животина" Не унимается бойкій дѣтина Баринъ озлился и скачетъ на крикъ; Струсилъ— и валится въ ноги мужикъ. Баринъ отъѣхалъ, мужикъ встрепенулся. Снова ругается; баринъ вернулся, Баринъ арапникомъ злобно махнулъ, Гаркнулъ буянъ: „караулъ, караулъ"... Кому не знакома фигура „отца"— управляющаго помѣщичьихъ вотчинъ добраго стараго времени? Онъ ли не заботится о благѣ ввѣренныхъ его попе- ченію крестьянъ? Такъ же, какъ и къ барину, кре- стьяне питаютъ къ нему злобу, но глубоко таятъ ее и кажутся съ виду покорными рабами, изъ которыхъ можно вить веревки, но .. и ихъ терпѣнію бываетъ конецъ. Въ „Запискахъ графа Гаринскаго" есть инте- ресныя строки, указывающія на эти отношенія барина къ крестьянамъ, на'умѣнье управляюпі;аго заставить крестьянъ высказывать наружное довольство своимъ положеніемъ. „Но. должно-бъ вразумлять корыстныхъ мужиковъ. Что изнурительно излишество въ работѣ Не такова ли цѣль, въ нѣмецкихъ сюртукахъ Особенныхъ фигуръ, бродящихъ между ними? Нагайки у иныхъ замѣтжлъ я въ рукахъ... Какъ быть; не вразумишь ихъ средствами другими— Натуры грубыя.