b000000905

422 ѲЕОФАНЪ ПРОКОПОВИЧЪ. лемъ на Ѳ-на. Письмо было написано отъ лица римскаго папы къ Прокоповичу. Авторъ пасквиля принадлежалъ, судя по его произведенііо, къ партіи корепныхъ враговъ новгородскаго архіерея, привер- яіенцевъ русской старины н противниковъ иотровскихъ реформъ, иноземныхъ обы- чаевъ, пововведѳній. Ѳ. обвинялся въ діо- теранствѣ. Особенно сожалѣлъ авторъ объ уничтоженін патріаршества. Вся петровская реформа подвергалась явному и косвенному (ісужденііо. Пасквиль задѣвадъ и прави- тельство, говоря о крайнемъ раззореніи народа, скрываемомъ отъ государыни льсти- выми министрами, призывая гнѣвъ Божій іга виновниЕОвъ печальной судьбы ссыдь- ныхъ іерарховъ, потерпѣвшихъ «непра- ведное озлоблепіе за благочестіе». Ѳ. рев- ностно принялся за розыски творца паск- виля и письма, напрягая ѣсю гибкость своего полицейскаго таланта. Онъ внушалъ правительству, что пасквиль — произведеніе не только его дичныхъ враговъ, но и по- лптическихъ заговорщиковъ, смущающихъ народъ своими кознями. Тайная Канцелярія принялась за сдѣдствіе, которое затронуло множество лицъ. Между прочимъ, по этому дѣлу былъ привдеченъ еще одинъ вид- ный противникъ Прокоповича — Ѳеофи- лактъ Лопатинскій, архіеп. тверской. Ро- зыскивая автора пасквиля, Ѳ. остановился мыслью на одномъ іеромонахѣ, Іосифѣ Рѣшиловѣ, который былъ въ близаихъ отноінепіяхъ съ Ѳеофилактомъ. Рѣшидовъ былъ арестованъ, а затѣмъ, по ходу сдѣд- ствія, добрались и до Лонатинскаго. Рѣ- іпидовъ, съ своими друзьями, въ родѣ калязинскаго архимандрита Іоасафа Маев- скаго, группировались около тверского архі- ерея, который по своему добродушііо и откровенности позволяиъ себѣ въ ихъ кругу свободно бесѣдовать о современномъ ноложеніи вещей, при чемъ ихъ отноше- ніе и къ Ѳ-ну и ко всѣмъ петровскимъ цер- ковнымъ ноБОвведеніямъ было, конечно, неблагопріятное. Так'ь какъ всю эту группу Прокоповичъ представлялъ преступной «факціей», ищущей государству смятенія, то тѣнь подозрѣнія пала и на Лонатин- скаго. Впо.інѣ вѣроятно, что Ѳ. восполь- зовался случаемъ свести старые счеты и особо направилъ Тайную Еанцеля- рію по этому слѣду. Въ 1735 г. Ѳео- филакта потребовали въ Петербургъ и здѣсь арестовали. Дѣло его тянулось до конца 1738 г., когда его лишили сана и монашества и послали въ заточеніе въ Выборгъ. Но пока Ѳ. разыск, нва.чъ автора одного пасквиля, въ 1733 г. появился другой, сфабрикованный, повидимому, въ Новго- родѣ и задѣвавшій государыню и Ѳ-па. По этому поводу слѣдовали новые розыски и аресты. Тѣмъ временемъ, среди множества затѣянныхъ процессовъ открылось, что и творенія Маркелда Родышевскаго дѣдаютъ свое дѣдо. Тетради Маркелда о монашо- ствѣ ходили въ монаіпеской срѳдѣ п под- держивали здѣсь общее недовольство. Предметомъ монашеской ненависти былъ все тотъ же Прокоповичъ; но н прави- тельство не могло разсчитывать на попу- лярность среди монашества, такъ какъ его суровыя мѣропріятія отнюдь не рас- полагали монашествующихъ въ его пользу. Узнавши, что монахи почитываютъ обли- чительныя произведенія его врага, новго- родскій архіепископъ поспѣшидъ донести о томъ свѣтской власти. Онъ взялъ на себя трудъ спеціально разобрать Маркел- ловы тетради о монашествѣ, написанныя въ защиту монашества противъ стѣсни- тельныхъ петровскихъ мѣропріятій, и пред- ставилъ, что это произведете есть ни что иное, какъ «только готовый и нарочитый факелъ къ залшенію смуты, мятежа и бунта», потому что «наполнено оное пись- мишко нестерпимыхъ ругательствъ и лаевъ на царствовавшихъ въ Россіи, блаженныя и вѣчнодостойныя памяти, ея величества предковъ». Такъ какъ Маркелловы тетради были обнаружены главнымъ образомъ среди обитателей Саровской и Берлюков- ской, пустынь, то тѣ и другіе жестоко по- страдали. А попутно было привлечено къ розыску, пыткамъ и наказаніямъ много и другихъ лицъ, монашествующихъ и немо- нашествующихъ. Среди этихъ процессовъ, изъ которыхъ каждый разросся въ огромное дѣдо, запу- тавшее десятки и сотни людей, скончался и самъ главный ихъ виновиикъ и дѣятель, предметъ фанатичной ненависти цѣлаго широкаго круга, Ѳеофанъ Прокоповичъ. Его посдѣдніе годы жизни, такимъ обра- зомъ, прошли въ безпрерывной тревогѣ и напряженной работѣ, но не творческо- церковной, а въ качествѣ слѣдователя и сотрудника Тайной Канцеляріи, чрезъ ко- торую шли упомянутыя дѣла. Надо удив- ляться той пзобрѣтательности и неутоми- мости, какія проявлядъ Ѳ. въ сыскѣ.