b000000905

418 ѲЕОФАНЪ ПРОКОПОВИЧЪ. мому, должно быть, Ѳ-номъ, воронежскій епи- скопъ былъ осужденъ на лишеніе епи- скопскаго и монашескаго сана. 2-го дек. 1730 г. онъ превратился въ разстригу Лаврентія и мѣстомъ его ссылки и зато- ченія государыня назначила Крестный монастырь. Вмѣстѣ съ нимъ это дѣло по- губило и Георгія Дашкова съ Игнатіемъ Смолой. Фактическихъ доказательствъ ихъ виновности слѣдствіе не открыло, не- смотря на всѣ уси.ия слѣдователей. Но Ѳ. сумѣдъ, должно быть, представить пра- вите.иьству, что политическая преступ- ность ростовскаго и коломенскаго архіе- реевъ несомнѣнна. Ихъ нашли возмож- ньшъ осудить по одному подозрѣнію, за «укрывательство» Льва, и осудить почти столь же жестоко. ГеоргШ былъ лишенъ епископскаго сана и простымъ монахомъ сосланъ въ Каменный вологодскій мона- стырь, а Игнатій, по дишеніи архіерей- ства, сосланъ былъ въ свіяжскій Вого- родицкій монастырь. Главные враги Ѳ-на пали окончательно, въ первый же годъ правленія новой го- сударыни. Но на этомъ не остановились Ѳеофановы счеты съ ними. Разъ всту- пивъ на путь преслѣдованія своихъ про- тивниковъ, какъ вмѣстѣ и преступниковъ нолитическихъ, Ѳ. уже по инерціи шелъ по этому пути и влекъ къ гибели одного за другимъ разныхъ лицъ, причастныхъ къ кругу его недоброжелателей. На сцену появлялись новыя жертвы. Игнатій, со- сланный въ Казань, нашелъ здѣсь покро- вительство у казанскаго архіерея Силь- вестра. Послѣдній видался и сносился съ ссыльнымъ бывшимъ епископомъ; держали Игнатія въ монастырѣ свободно. Объ этомъ узнали въ Петербургѣ, и извѣстіе встрево- жило Ѳ-на и правительство. Первый боялся, какъ бы низложенные враги не подняли голову и не строили противъ него тайные ковы. Второе опасалось политическаго за- говора, тѣмъ болѣѳ, что прекрасно чувство- вало свое не совсѣмъ прочное ноложеніе. Враги Ѳ-на въ глазахъ власти государствен- ной уже представлены были политиче- скими крамольниками, и совмѣстяыя дѣй- ствія противъ нихъ духовнаго и свѣтскаго правительства были обезпечены. Надъ Сильвестромъ казанскимъ было назначено слѣдствіе, которое, между прочимъ, под- твердило Ѳ-ну, что Сильвестръ — изъ лагеря его иротиввиковъ. Въ одномъ иайденноыт. у Сильвестра письмѣ новгородскій архіе- рей прямо обвинялся въ неправославіи. Это не могло не усилить досаду Проко- повича противъ новаго недоброжелателя и не подвигнуть его еще болѣе сгустить политическія краски надъ всѣмъ этимъ дѣломъ. Игнатія коломенскаго перевели изъ Свіяжска въ архангельскій Николь- скій Корельскій монастырь подъ самый крѣакій караулъ. Сильвестра казанскаго сначала государыня велѣла послать «на обѣш,аніе» въ Александро-Невскій мона- стырь (31 дек. 1731 г.), а потомъ скоро и его участь отягчилась: въ мартѣ 1732 г. его перевели въ псковскій Крыпецкій мона- стырь, а когда здѣсь онъ объявилъ за собою «слово и дѣло», то въ концѣ кон- цовъ въ декабрѣ того же года его ли- шили архіерейства и свяш,енства и про- стымъ монахамъ сослали въ Выборгъ. Не оставилъ Ѳ. въ покоѣ и своего главнаго редруга Георгія, теперь простого монаха Гедеона. Въ декабрѣ 1731 г. объ немъ завязалось новое дѣло. Казанское дѣло натолкнуло Ѳ-на на предположеніе, что не все обстоитъ благополучно и въ Камен- номъ монастырѣ, гдѣ короталъ дни ссыль- ный Дашковъ. Онъ поручилъ развѣдать о житіи-бытіи послѣдняго, и оказалось, дѣйствительно, что Дашковъ содержится довольно слабо, что ему оказываютъ въ монастырѣ почетъ и главное, позволяіотъ сноситься съ посторонними. Тотчасъ же было наряжено слѣдствіе, въ результатѣ котораго надзоръ за Георгіемъ — Гедеономъ былъ усиленъ, вологодскій архіерей Аѳа- насій нолучилъ строгій выговоръ, а архи- мандритъ Каменнаго монастыря Іессей даже умеръ во время слѣдственныхъ мы- тарствъ отъ пережитыхъ волненій. Печальную роль злого генія сыгралъ Ѳ. въ первые годы аннинскаго правленія въ участи и еще одного іерарха русской церкви — кіѳвскаго архіепископа Варлаама Вонатовича. Съ нимъ случилось нѣчто, подобное исторіи со Львомъ ворояеяіскимъ. Онъ тоже медлилъ отслужить молебствіе по полученіи манифеста о восшествіи на престолъ Анны Іоанновны и медлилъ, поБидимому, изъ за тѣхъ же причинъ, какъ и Левъ воронежскій, т. е. въ силу неонредѣленности положенія, о которой онъ былъ освѣдомленъ изъ какихъ-то не- извѣстныхъ источниковъ. Когда въ выс- шихъ инстаиціяхъ узнали объ этомъ, то противъ Варлаама возбуждено было дѣло, аналогичное дѣлу Льва. Каііуіо роль сы-