b000000905

402 ѲЕОФАНЪ ПРОКОПОВИЧЪ. а у ііротестантскихъ богослововъ, столь же отрицательно относившихся къ католи- ческому богословио и наиболѣе развив- шихъ учено-критическіе пріемы." Въ силу ли новаго духа, или въ силу блестящихъ талантовъ профессора, лекціи Ѳ-напо бого- словііо пользовались въ академіи бодыпимъ успѣхомъ. По свидѣтельству одного изъ біографовъ, ѳеофановскіе уроки казались слушателямъ новымъ свѣтомъ, и они ихъ съ жадностью воспринимали. Но новатор- скій духъ ѳеофановскихъ воззрѣній уже тогда нач;алъ вызывать противъ него не- удовольствіе. Старые кіевскіе учителя, воспитанные на традиціяхъ схоластиче- скаго богословія и оставшіеся вѣрными 9тимътрадиціямъ,увидѣливъ Ѳ-нѣ человѣка подозрительнаго, зараженнаго духомъ про- тестантскимъ. Изъ этой среды не замед- лили посдѣдовать и обвиненія Ѳ-на въ не- православіи. Въ числѣ Ѳеофановыхъ со- служивцевъ ■ по Кіевской академіи были, между прочимъ, Ѳеофилактъ Лопатинскій и Гедеонъ Вишневскій. Первый былъ старше Ѳ-на и служилъ съ нимъ недолго; въ 1705 году онъ перешелъ въ Москву. Гедеонъ же Вишневскій былъ учителемъ академіи въ ректорство Прокоповича. По отзыву послѣдняго, это былъ человѣкъ гордый, зоносчивый, даже нахальный. Выть можетъ, такая характеристика не совсѣмъ безпристрастна. Какъ бы то ни было, у Ѳ-на съГедеономъ возникали частыя несогласія. Гедеонъ часто спорилъ съ Ѳ-номъ и, по словамъ Родышевскаго, публично обвинялъ его въ неправославіи. А за спи- ною Вишневскій распускалъ всякіе слухи о Прокоповичѣ. Не симпатизировалъ Ѳ-ну и Ѳеофилактъ. Изъ Москвы онъ, видимо, слѣдилъ за дѣятельностью своего бывшаго сослуживца и въ 1712 г., тоже публично выступилъ съ обличеніями Ѳ-на въ неправославіи. Поводомъ послужило написанное Ѳ- номъ сочиненіе «О игѣ неудо- боносимомъ». ѲеофилаЕСТъ, бывшій уже ректоромъ Московской академіи, написалъ противъ этого сочиненія опроверженіе, въ которомъ назвалъ произведеніе Прокопо- повича «писаніемъ противничимъ, внося- БЩМЪ въ міръ Россійскій мудрованія реформатсЕія, доселѣ въ церкви право- славной неслыханныя, о законѣ Божіи и оправданіи». Эта распря двухъ ученыхъ положила начало ихъ послѣдующимъ не- пріязненньшъ отношеніямъ. Впрочемъ, пока Ѳ. быдъ въ Кіевѣ, не- пріязнь его будущихъ враговъ не проя- влялась особенно остро. Ректорская служба протекала д.вд него довольно спокойно. Ѳ. дѣятедьно занимался училищно-мона- стырскимъ хозяйствомъ, дружилъ съ мѣст- нымъ образованньшъ обпі;ествомъ, пре- давался любимымъ занятіямъ въ кругу близЕихъ лицъ. Хозяйство монастыря, сильно разстроенное до него, ему удалось поднять и упорядочить. Просвѣщенныя склонности сблизили Ѳ-на съ кіевскимъ губернаторомъ, кн. Д. М. Голицынымъ, од- нимъ изъ образованнѣйшихъ людей своего времени. Близокъ быдъ еш;е болѣе Ѳ. съ семействомъ Марковичей, въ домѣ кото- рыхъ онъ коротааъ свои досуги за друже- ской бесѣдой, чтеніемъ Бэкона, Декар.та, Буддея и др. писателей, сочиненіемъ виршей и т. п. Съ своимъ начальствомъ Прокоповичъ быіъ въ хороншхъ отноше- ніяхъ. Тогдашній кіевскій митр. Іоасафъ Краковскій, по старости, мало занимался дѣлами; а съ его іродіакономъ Іоанни- кіемъ Сѣнюковичемъ, фактически запра- влявшимъ епархіей, Прокоповичъ успѣдъ сойтись, не брезгая и льстивымъ заиски- ваніемъ. Вообще Ѳ. обнаружилъ умѣнье уживаться съ людьми, отъ которыхъ онъ находился въ какой-.іибо зависимости или которые могли быть ему полезны. Въ 1715 году Ѳ. получилъ приказаніе государя пріѣхать въ Петербургъ. Этотъ Бызовъ, несомнѣнно, открывалъ Проконо- вичу дорогу къ архіерейству. Такъ поняли его и другіе, и самъ Ѳ. Конечно, Ѳ. дол- женъ былъ ожидать, что рано или поздно его сдѣлаютъ архіереемъ. Но если съ одной стороны архіерейство радовало его, какъ высшая деркоБная степень, открываю- ш,ая доступъ и къ почестямъ и къ широ- кой дѣягельности, то съ другой стороны оно его и страшило. Онъ, видимо, пони- малъ, что съ своими убѣжденіями онъ далеко не подходитъ къ тогдашней обыч- ной епископской средѣ и что на этомъ по- нрищѣ его неизбѣжно ожидаютъ не только розы, но терніи. Такое именно настроеніо слышится въ письмѣ Ѳ. къ Марковичу, написанномъ подъ впечатдѣніемъ вызова. «Можетъ быть ты слышадъ — писалъ Ѳ., что меня вызываютъ для епископства. Эта почесть меня такъ же привлекаетъ и прельщаетъ, какъ если бы меня пригово- рили бросить на съѣденіе дикимъ звѣрямъ. Я люблю дѣло епископства и хотѣлъ бы быть еиископомъ, если бы, вмѣсто того, не