b000000905

296 ѲЕОДОРЪ ЮАННОВИЧЪ. наго пріѳма патріарха царь, по его лросьбѣ, дозвоіилъ ему переговорить съ Годуновымъ о своихъ дѣлахъ и нуждахъ. Выяснилось, что Іеремія пріѣхалъ за милостыней. Помъ онъ заяви лъ, что есть у него нѣкоторыя «тайныя рѣчи»; надо полагать, что рѣчи эти касались вопроса о польск.омъ престолѣ, такъ какъ, проѣз- жая черезъ Литву, патріархъ былъ при- званъ канцлеромъ Замойскимъ, и тотъ разсказывалъ ему подробности о сеймѣ и объ избраніи на престолъ шведскаго королевича Сигизмунда. Изъ всего выше- изложеннаго видно, что патріархъ Іеремія не получилъ отъ восточныхъ патріарховъ полномочія для рѣшенія вопроса о патріар- шествѣ, и надо было постараться скло- нить его поставить московскаго патріарха единолично, безъ собора, а въ случаѣ отказа, заручиться его содѣйствіемъ на предстоящемъ вселенскомъ соборѣ. Митро- политъ монемвасійскій Іероѳей, одинъ изъ спутниковъ Іереміи, такъ передаетъ о его согласіи занять патріаршую каѳедру въ Россіи: «русскіе придумали хитрую уловку и говорятъ: владыко, если бы ты захотѣлъ и остался здѣсь, мы имѣли бы тебя патріархомъ. И эти слова имъ (т. 6. патріарху и его спутникамъ) ска- залъ не царь, и не кто-либо изъ бояръ, а только тѣ, которые ихъ стерегли. И Іеремія неосмотрительно и неблагоразумно, и ни съ кѣмъ не посовѣтовавшись, отвѣ- чалъ: «остаюсь». По порученію собранія духовенства Годуновъ долженъ былъ пред- лолсить Іереміи остаться патріархомъ въ Россіи, но жить «въ стольнѣйшемъ градѣ І^Володимерѣ». Предложеніе это обидѣло 1 патріарха; ему стало ясно, что не особен- но стараются удержать его въ Россіи, и онъ отказался жить не при царѣ, а въ какомъ-то Владимірѣ. Послѣ этого была собрана боярская дума, и царь сообщилъ, что такъ какъ Іеремія не желаетъ остаться патріархомъ во Владимірѣ, то онъ намѣ- ренъ просить его поставить въ патріархи митрополита Іова. Іеремія очутился въ крайне затруднительномъ положеніи, такъ какъ усиленныя и настойчивыя просьбы со стороны русскихъ объ учрежденіи патрі- аршества въ Москвѣ приняли характеръ требованій, а окружавшія его лица неодо- брительно относились къ его согласію на исполненіе этого желанія царя. 17 янва- ря 1589 года былъ созванъ соборъ изъ высшихъ іерарховъ русской митрополіи для совѣщанія, какъ лучше устроить это великое дѣло. Потолковавъ, они заявили, что пусть самъ царь со своими мудрыми совѣтниками рѣшитъ, какъ все нужно устроить, что они, іерархи, удалились отъ дѣдъ, и ихъ обязанность молить Вога помочь царю въ его начинаніяхъ. По во.й царя, соборъ постанови.іъ послать къ патріарху Іереміи дьяка Андрея Щел- калова разузнать всѣ подробности постав- ленія и взять письменное изложеніе «чина» его. Отличаясь простотой, свойственной греческой церкви, чинъ этотъ не удовле- творилъ царя Ѳеодора Іоанновича, склон- наго къ церковной торжественности, а потому онъ приказалъ Андрею Щелкалову составить чинъ поставленія въ патріархи изъ чина, написаннаго патріархомъ Іере- міей, и чина ііоставленія въ митрополиты, выработаннаго на соборѣ 1564 г. Не вда- ваясь въ подробности дальнѣйшихъ пере- сылокъ съ Іереміей, скажемъ, что роль его была страдательная: въ «приговорѣ государя» были намѣчены кандидаты для избранія на патріаршій престо-дъ и на учреждаемые вновь митрополичьи и архіе- пископскіе стоды и начертанъ пданъ предстоявшаго торжества. Изъ трехъ кан- дидатовъ, представленныхъ для избранія въ патріархи, царь остановилъ свой вы- боръ на митрополитѣ Іовѣ, и 26 января состоялось его посвященіе. Позаботились обставить съ внѣпіней стороны наивозмож- но пышнѣе и богаче. Въ Успенскомъ соборѣ заранѣе приготовили возвышеніе, на которомъ поставили три кресла — д-ия царя и обоихъ патріарховъ. Государево мѣсто было «оболочено» и обито «сукны черБчатыми>,стулъ же позолоченъ и обитъ лазоревымъ бархатомъ; патріаршія мѣста обиты лазоревымъ сукномъ, а стулья покрыты чернымъ бархатомъ. Отъ возвы- шенія, по обѣ стороны, поставлены ска- мейки для высшаго духовенства, а на церковномъ помостѣ, посрединѣ, написанъ б0 .т [ЬШ0й оре.іъ. По окончаніи чина по- ставленія въ патріархи и литургіи, Ѳео- доръ Іоанновичъ произнесъ привѣтствен- ную рѣчь и подалъ Іову золотой посохъ. Въ этотъ день оба патріарха обѣдали у царя, и греки были поражены богатствомъ убранства, обиліемъ и разнообразіемъ яствъ и питій. На другой день оба патріарха были приняты царемъ въ Золо- той палатѣ, полной бояръ, дворянъ и духовенства. Патріархъ Іовъ поднесь царю