b000000760

Гете во главѣ эпохи. 285 рывнаго творчества и долгой внутренней и внѣшней борьбы, имъ овладѣло нѣкоторое утомленіе, а сердце его почувствовало одино- чество, тогда судьба свела его съ человѣкомъ, мимо котораго онъ проходилъ до того времени спокойно и холодно. Это былъ Фрид- рихъ Шиллеръ. Идеальная свѣжесть юноши сообщила Гете новыя силы; онъ окончилъ „Годы ученія Вильгельма Мейстера" и началъ въ союзѣ съ своимъ другомъ борьбу противъ дурныхъ сторонъ не- мецкой жизни въ „Кесніяхъ". Между тѣмъ Фоссъ своими переводами Гомера впервые далъ нѣмцамъ настоящій образецъ греческаго эпоса и написалъ идиллію „Луизу". Къ этому нужно прибавить воспоминанія Гете о пребы- вании его въ Сициліи, результатомъ котораго явились элегіи и идилліи, затѣмъ „Германъ и Доротея", а потомъ, вступивъ въ со- стязаніе съ Шиллеромъ, онъ написалъ баллады о „Прекрасной мельничихѣ", „Коринѳскую невѣсту", стихотвореніе „Богъ и бая- дерка" и т. д„ представивъ въ этихъ произведеніяхъ образецъ ■сильнаго чувства и спокойной красоты формы. , , Выше и обширнѣе былъ тотъ кругъ явленій, который геній Гете представилъ въ „Вильгельмѣ Мейстерѣ", а потомъ въ первой части Фауста онъ обнялъ небо и землю. Въ „Фаустѣ" титаническое стремленіе вѣка нашло свое полное выраженіе; поэтъ возъимѣлъ первую мысль этого произведенія въ то время, когда въ немъ не установилось еще броженіе юношескаго избытка силъ, затѣмъ онъ прошелъ вмѣстѣ съ этимъ произведеніемъ всѣ роды душевной борьбы и сомнѣній и вмѣстѣ съ нимъ возросъ. Правда, нѣкоторые поэты раньше его, а другіе одновременно съ нимъ стремились олицетво- рить въ подобномъ же поэтическомъ образѣ это высокое стрем- леніе вѣка, но ни одинъ изъ нихъ не умѣлъ достичь въ этомъ случаѣ гётевской высоты, такъ какъ ни одинъ не пережилъ такъ полно въ себѣ самомъ борьбы между настойчивымъ стремленіемъ духа къ небу и нравственнымъ порядкомъ міра. Но только въ ста- рости поэтъ нашелъ полное и единственно вѣрное разрѣшеніе фау- стовской проблеммы: самообладаніе и нравственный трудъ для об- щества одни сильны спасать отъ той грозы, которая можетъ дей- ствовать только разрушительнымъ образомъ. Для самаго могуще- ственна™ ума положены извѣстные законы, которыми онъ не можетъ пренебрегать, не разрушая гармоніи бытія, и не дѣлаясь жертвою демоническихъ силъ, живущихъ въ его собственной груди; нужно задушить въ себѣ эгоизмъ, и въ извѣстныхъ границахъ человѣ- ческой силы творить для человѣчества, содѣйствуя осуществленію его идеаловъ. Какъ здѣсь образъ человѣческаго бытія возводится до размѣ-