b000000760

Перси Бейяіе Шелли. 251 духа времени и своими твореніями распространяли и усиливали тотъ скептицизмъ и то болѣзненное настроеніе умовъ, которыя въ послѣдующую затѣмъ эпоху почти исключительно должны были вла- дычествовать въ жизни фантазіи у большей части народовъ. Ха- рактеръ Байрона представляетъ ту формулу, съ помощію которой могутъ быть разъясняемы всѣ послѣдующія „загадочныя натуры", хотя никто не можетъ быть приравниваемъ къ нему по геніально- сти и страстности. Еще одинъ англійсній поэтъ носитъ на себѣ отпечатокъ того же болѣзненнаго настроенія вѣка: Перси Бейеше Шелли (1792— 1822 г.). Слишкомъ сильная раздражительность мозга, болѣзнен- ность чувства и недостатокъ нравственной воли— вотъ элементы, изъ которых* слагается его индивидуальность. Восьмнадцати лѣт* от* роду онъ написалъ полемическое сочиненіе „О необходимости атеизма". Изложеніе чрезвычайно неясно, но въ то же время чрез- вычайно страстно. Годъ спустя онъ женился на шестнадцатилѣт- ней дѣвушкѣ, дочери кузнеца— Гретнѣ Гринъ; бракъ этотъ былъ такъ же несчастливъ, какъ и бракъ Байрона, ивъ 1813 году былъ расторгнут*. Послѣ этого онъ путешествовалъ нѣсколько лѣтъ съ своею возлюбленной, женщиной, отличавшейся высокимъ умствен- нымъ развитіемъ, которая въ 1816 году сдѣлалась его женою. Съ 1818 года онъ жилъ въ Италіи. Стихотворенія Шелли показывают* вообще богатую фантазію, но безцвѣтны и по формѣ и по содержанію. Драмы его, начиная от* „Короля Маба" до „Прометея" и „Ченчи"— изъ которыхъ по- слѣдняя составляете, по мнѣнію Байрона, величайшее драмати- ческое произведете, какое только являлось со временъ Шекспира, — отличаются необычайною силою языка, которая притомъ у него возрастала; но всѣ мысли и чувства его, всѣ образы не имѣютъ настоящей опредѣленности: часто все улетучивается въ какой-то легкій, призрачный туманъ. Шелли достигает* иногда страстности въ выраженіи, но его страсть выходить изъ головы, а не изъ сердца. Шелли проклинаетъ жизнь и мечтаетъ объ идеалахъ— въ этомъ отношеніи у него больше вѣры, чѣмъ у Байрона, — но всѣ его идеалы призрачны, незакончены, а нерѣдко даже совершенно не- понятны. Поэтическая литература Франціи въ эпоху передъ революціей отошла на задній планъ, , уступивъ первенство изящной модной фило- софіи. Эта послѣдняя мало по малу подчинила себѣ всѣ роды поэ- зіи, начавъ ими пользоваться для своих* цѣлей. Драматурги подра- жали классическим* писателям* в* этомъ родѣ, особенно Расину, но й в* эти формы поэзіи стали проникать тенденціи эпохи, бла- 1