b000000760

"* I 250 Внутренній разладъ.— Болѣзнь эпохи. находившее себѣ поддержку въ господствующемъ настроеніи эпохи, во всякомъ случаѣ должно быть названо вредным*. Байрон* пер- вый съумѣл* найти слово для выраженія того страшнаго страда- нія нашего вѣка, которое обнаружилось под* формою пессимизма, повело къ матеріализму и наконецъ выродилось въ безуміе, создавшее великое, всепоглощающее ничто, какъ разрѣшеніе всего. Къ Бай- рону примыкает* во всѣх* литературах* цѣлый ряд* поэтов*, пев- цов* нравственнаго безвѣрія и внутренняго разлада; это большею частію богато одаренныя натуры, но лишенный твердой воли, жаж- дущія наслажденій и въ то же время пресыщенныя свѣтомъ, ищу- щія въ безсиліи своемъ какой бы то ни было опоры и погибающія жертвою собственныхъ страстей. Натуры этого рода бываютъ обыкновенно явленіемъ эпохи, въ которую сталкиваются два противоположныхъ направленія во взаим- ной борьбѣ. Въ церкви и государствѣ, въ обществѣ, въ философіи и наукѣ, дѣйствовали въ это время рѣзкіе контрасты; матеріали- стическая французская философія возвела отрицаніе в* основной принципъ всевозможныхъ явленій и установила понятіе матеріи, какъ господствующа™, основнаго во всемъ начала, въ то время какъ критически идеализмъ въ Германіи поднялъ на своемъ щитѣ отвлеченное я. Обѣ эти системы — крайности, но какъ то, такъ и другое ученіе представляютъ два мощныя направленія времени, вліявшія одновременно на многіе молодые умы. Въ силу этого, 1 борьба между идеальными стремленіями и лихорадочною жаж- дою наслажденій жизни составляетъ основной мотивъ поэзіи отчая- нія. ХѴІІІ-й вѣкъ произвелъ такъ безконечно много новаго, что интеллектуальныя силы столѣтія переполнились и человѣческіе мозги подверглись той болѣзни, которую можно назвать гипертро- фіею ума. Въ то же самое время болѣзпсппая чувствительность больше и больше усиливалась, такъ что только одна сторона психической жизни отстала отъ общаго развитія: спокойное стремленіе воли. Вся эта эпоха поперемѣнно испытывала на себѣ дѣйствіе такихъ страшно грозовыхъ -явленій, какъ революція, Наполеонъ и затѣмъ реакція, которыя всѣ вообще преслѣдовали одну и тужецѣль: по- давленіе самостоятельно дѣйствующей, свободно творя- ' щей энергіи, самоопредѣленія. Тиранически дѣйствовали гос- подствовавшія силы этой эпохи — революція не меньше, чѣмъ импе- раторство и реставрація; церковь точно такъ же, какъ и государство. Здѣсь именно лежитъ причина — почему въ это время не могли раз- виваться мужественно свѣтлыя личности, почему такъ рѣдки были стремленія къ общей цѣли соединенными силами, почему даже высокоталантливые поэты подчинялись разрушительному вліянію