b000000760

162 Характеристика Франца П. но къ сожалѣнію, добился того, что отдѣльныя австріискія племена получили отвращеніе къ идеѣ цѣльнаго, нераздѣльнаго государства. Этотъ несчастный государь не имѣлъ успѣха въ своихъ предпрія- тіяхъ- неудовольствіе росло и привело, наконецъ, къ возсташю въ Нидерландахъ, къ возмущенію въ Венгріи, къ бунтамъ крестьян* въ Трансильваніи и въ Крайнѣ. Императоръ сказал* однажды по этому поводу своему секретарю, что на его надгробномъ импера- торскомъ монументѣ можно бы начертать слѣдующія слова: „дась покоится Іосифъ II, который былъ песчастливъ во всѣхъ своихъ предпріятіяхъ". До самой полуночи съ 19-го на 20-е февраля 1790 года онъ, не смотря на невыразимыя физическія страдашя, занимался еще государственными дѣлами, а черезъ пять съ поло- виною часовъ умеръ. Царствованіе его преемника было слишкомъ кратковременно, чтобы оказать замѣтное вліяніе на умственную жизнь Австріи, но зато тѣмъ глубже было вліяше Франца 11. Этотъ послѣдніи государь не отличался особеннымъ умомъ, хотя и обладалъ благоразумной разсчетливостыо. Саксонскій носланникъ въ 1784 г характеризовалъ этого государя, въ то время еще очень молодаго, слѣдующими словами: „природа его не заключаете , въ себѣ ничего выдающагося ни въ смыслѣ духовныхъ, ни въ смыслѣ физическихъ силъ"; а въ другомъ мѣстѣ говорите: ему *Р И » ваютъ большую доброту сердца и кротость". Помѣдующіе годы его правленія оправдали такой приговоръ; Францъ былъ дѣятеленъ, но только въ малыхъ дѣлахъ, ему недоставало той широты міро- созерцанія той глубины политическаго взгляда, которыя образуютъ замѣчательныхъ правителей; у него не было способности понимать потребности духа времени; поэтому онъ охотно склонялся въ пользу политическихъ мѣръ, направленныхъ противъ свободныхъ воззрѣнш, въ пользу мѣръ, имѣвшихъ цѣлью покореніе послѣднихъ остатков* революціонныхъ" учрежденій Іосифа. Его добродушіе и чистѣишее вѣнское нарѣчіе доставили ему привязанность подданныхъ, осо- бенно въ столицѣ. . '•;*_:„ Что при такихъ условіяхъ духовная жизнь въ имперш должна была отставать отъ нѣмецкаго сѣвера,— это совершенно есте- ственно. Многое изъ того, къ чему Марія-Терезія, а еще болѣе Іосифъ II, стремились съ напряженіемъ всѣхъ силъ, было потеряно опять, и хотя люди науки отличались дѣятельностпо въ этомъ государств^ но на массы народа духъ времени не оказалъ почти никакого вліянія. Такимъ образомъ умственная жизнь вѣнскаго общества носила другой отпечатокъ, чѣмъ парижская или берлинская. „Салоновъ , которые могли бы оказывать вліяніе на литературу, не было; да