b000000694

338 ИСТОРІЯРОССІИ. Вѣсть о новой побѣдѣ быстро дошла до Варшавы: представленіе краковянъ. пови- димому, намекавшее на событія въ Галиціи, усилило броженіе уловъ. Ильгельстромъ такъ дурно расноложилъ свои отряды, что расположенные въ городѣ польскія войска легко могли прервать сообщеніе между ними; арсеналъ ея не былъ сданъ русскимъ и находился въ рукахъ патрютовъ. Въ три часа утра 17 апрѣля вспыхнуло возстаніе; во всѣхъ церквахъ ударили въ набатъ; народъ, подстрекаемый саполшикомъ Килинскимъ и переплетчикомъ Капоста- соыъ, бросился всюду на разъединенные русскіе отряды. Ильгельстромъ былъ запертъ въ своемъ палаццо и не могъ сноситься съ отрядами, на которые напали польскія войска и народъ. На сл1.дующій день, 18 апрѣля, онъ съ велпчайпіимъ трудомъ выбрался изъ города, оставя во власти мятежниковъ 12 пушекъ и двѣ тысячи плѣнныхъ и поте- рялъ кромѣ того 4,000 убитыми или ранеными. Вильно, столица Литвы, послѣдовала примѣру Варшавы и изгнала генерала Арсеньева. Въ Варшавѣ учреждено временное правительство, которое отправило курьера къ Костюшко. Оно состояло изъ людей 3 мая, изъ которыхъ Игнатій Потоцкій былъ представителемъ партіи умѣренныхъ, а Килинскій — партіи пылкихъ. Король Станиславъ остался во дворцѣ, окруженный почетомъ, но подчиненный въ то-же время строгому надзору; онъ не принииалъ участія въ дѣлахъ, тѣмъ не менѣе изъ уваженія предста- вляли ему отчетъ объ нихъ. Вообще революція 17 апрѣля 1794 имѣла, подобно консти- туціи 3 мая 1791 г., національный и монархическій характеръ. Искали опоры у Франціи, не слѣдуя всѣмъ совѣтамъ, которые давалъ конвентъ. Чрезвычаііный судъ удовлетворилъ до нѣкоторой степени народъ, повѣсивъ Анкѣвича, гетмановъ Забѣлла и Озаровскаго и ливонскаго епископа Кассаковскаго, брагъ котораго, литовскій гетманъ, былъ оправ- данъ въ Вильнѣ. Костюшко не взиралъ на требованія Кодлонтая и демократовъ, не осмѣлился рѣшить крестьянскаго вопроса: его манифестъ 7 мая 1794 г, смягчавшій нѣсколько крѣпостное состояніе, остался безъ примѣненія. Старались привлечь на свою сторону военный классъ, не заботясь о массѣ земледѣльцевъ, доведенныхъ до тупоумія вѣко- вымъ угнетеніемъ. По крайней мѣрѣ хотѣли задобрить православное духовенство и насе- леніе, провозглашая свободу совѣсти и равенство культовъ передъ закономъ Между тѣмъ пруссаки взяли Краковъ, слабо защищаемый комендантомъ. Варшавское правительство объявило войну Фридриху Вильгельму П. Народъ, приписывая измѣнѣ потерю Кракова, бросился на тюрьмы и убилъ семерыхъ заключенныхъ. Костюшко пори- цалъ этотъ поступокъ, потребовалъ наказанія бунтовщиковъ, но въ то же время уско- рилъ судъ надъ остальными заключенными. Генералъ Запончекъ былъ разбитъ русскими при Голковѣ; пруссаки придвигались къ Вислѣ. Прусскій король, покинувъ Рейнскую армію, явился для личнаго управленія осадой и бомбардированіемъ Варшавы. Екатерина притворно разгнѣвалась на Фридриха за то, что онъ бросилъ священную войну противъ революціи, предпринятую ради общаго дѣла королей и религіи. Притязанія Россіи на Краковъ нарушало доброе согласіе между тремя Сѣверными державами, тревожили Австрію и угрожали распаденіемъ коалиціи, составившейся противъ Франціи. Фридрихъ Вильгельмъ, будучи весьма не доволенъ русскимъ союзнымъ генераломъ Хрущовымъ, отказался сдѣлать приступъ ц сяялъ осаду; впрочемъ онъ спѣшилъ въ свои владѣнія, куда его призывало возстаніе Великой Польши. Поляки не имѣли времени радоваться этому успѣху. Русскіе снова взяли Вильну, Австрійцы вступили въ Люблинъ. Но самымъ важнымъ обстоятельствомъ было то, что