b000000694

^ ЕКАТЕРИНАМ. 387 не отвѣтилъ. Тогда послышался го лось, который заявплъ, что молчаніе есть знакъ согласія. Пробило четыре часа утра; депутаты вышли пзъ зала въ уныніп и утирая слезы. Шестнаддатаго октября сеймъ закліочилъ съ Россіей договоръ о соіозѣ илп, пра- вильнѣе сказать, договоръ о подчиненности. Въ силу этого договора, Екатерина II і'аран- тировала «свободу республики*. Польскія войска, находившіяся въ уступленныхъ импе- ратрицѣ провинціяхъ, получили приказъ присяі'нуть ей навѣрность; численность войска, оставшагося въ распоряженіи ІІосполитой Рѣчи, должна была уменьшиться до 15,000 человѣкъ. Населеніе большихъ городовъ, пропитанное французскими идеями, вознегодовало на закліоченіе такого договора; армія, еще состоявшая изъ 2.5,000 чсловѣкъ, съ гнѣвомъ выслушала нриказъ о распущеніи; одна часть дворянства ра.здѣляла эти чувства, другая же, опасаясь введенія новыхъ налоговъ или общественныхъ реформъ, рѣшила подчиниться иноземному владычеству. Сельское населеніе осталось апатичнымъ и равнодушнымъ: Польша жестоко расплачивалась за то суровое рабство, въ которомъ Посполитая Рѣчь держала сельскій классъ народонаселенія въ XVIII вѣкѣ. Георгъ Форстеръ писалъ въ 1791 : «Во всей Европѣ одни только польскіе дворяне простерли такъ далеко невѣжество и варварство, что затушили въ своихъ рабахъ почти послѣднюіо искру мысли». Между тѣмъ польскіе патріоты возлагали всѣ свои надежды на Ѳаддея Костюшко, побѣдителя при Дубенкѣ Костюшко родился въ 1752 году, вступплъ въ 1764 въ военную школу, основанную Чарторыйскими, и отличался ревностнымъ ученіемъ. Въ Польшѣ опъ получилъ суровые уроки равенства, доведенные до отчаянія: крестьяне убпли въ его глазахъ его отца; самъ онъ былъ опозоренъ ыогущественнымъ вельможей Сосновскимъ, у котораго осмѣлился просить руки дочери, хотя былъ только простымъ бЬднымъ дво- ряниномъ. Онъ уѣхалъ въ Америку и тамъ сражался за независимость Соедпнеиныхъ Штатовъ. Послѣ втораго раздѣла Польши, онъ отправился изъ Варшавы въ Саксонію и встрѣтплъ здѣсь людей 3 мая — Малаховскаго, Игнатія Потоцкаго, бывшаго канцлера Коллонтая, Нѣмцевича. Его послали во Францію, гдѣ онъ получилъ отъ комитета общественной безопасности обѣщаніе помощи; по возвращеніи въ Саксонію, онъ изъ Дрездена руководилъ обширнымъ заговоромъ въ Польшѣ Вскорѣ число заговорпщковъ возросло до нѣсколькихъ тысячъ, тѣмъ не ыенѣе генералъ Ильгельсчромъ, уполномо- ченный Екатерины II, не могъ схватить ни одной главной нити заговора. Приказъ о распущеніи войска ускорилъ взрывъ. Мадалинскш отказалъ обезоружить ввѣренную ему бригаду, переправился чрезъ Бугъ, бросился на Прусскія провпнціи и повернулъ потомъ къ Кракову. При его приближеніи, Краковъ, второй городъ Польши, столица древнихъ королей, взбунтовался и прогналъ русскій гарнизонъ. Костюшко всту- пплъ въ этотъ городъ, издалъ прокламацію, въ которой порицалъ дѣйствіе государствъ, участвовавшихъ въ раздѣлѣ Польши, и призывалъ народъ къ орузкію. Сдѣлали пять тысячъ косъ для крестьянъ, собрали добровольныя пожертвованія патріотовъ и прину- дили упорныхъ и холодныхъ нести дань. Не смотря на тревогу въ Варшавѣ, Ильгельстромъ отрядилъ однакожъ Тормасова и Деншова противъ Кракова. Тормасовъ, оставленный Деншовымъ, встрѣтилъ близъ Росла- вицы польскихъ предводителей, Костюшко и Мадалинскаго, силы которыхъ равнялись его силамъ: польская армія имѣла 4,000 человѣкъ, и.зъ коихъ 2,000 крестьянъ. Благо- родная конница бѣжала отъ перваго натиска, возпѣщая о пораженіи войска и о плѣненіп Костюшко; крестьяне же продолжали битву и взяли у русскихъ 12 пушекъ. Диктаторъ, въ наказаніе за трусость конницы, снялъ дворянскую одежду и надѣлъ крестьянское платье.