b000000684

гоценной вещи не может уступать опасности». — Я ничего не имею в сердце кроме Миланы» отвечал Громобой, и побежал повергнуться в море. В самое сие время тьма распростерлась над водами, и невольник без пользы говорил Громобою, чтоб он подождал, поколь тьма исчезнет; он бросился с берега. «Ты шутишь надо мною», с'казал Громобой, когда опять просияло, и увидел он стоящего близь себя невольника. «Здесь только игрище, и я вместо моря и волн упал на растянутую холстину, кою поддували мехами». — Нет, государь мой, отвечал невольник; благодарите вашей отважности; без нее вы не разрушили бщ сея очарованные бездны, и волны ее, иль чудовищи конечно бы вас поглотили. Но впереди там уж Не очарование: с природою вам надлежит сразиться, ступайте. Громобой следовал, и вдруг преужасная пламенная река пролилась впереди »х. Сверкание пламени было ужасно, и казалось, что растопленная медь го- това была обратить в пепел каждого приближающегося. «Вам должно перейти сию реку» сказал невольник остановясь. «Здесь уже мужество вам не поможет, естьлиб вы были не человек, а вещество несгораемое. . . Не лучшель возвратиться? безумно на верное умереть; ибо по смерти Нет от любовниц никаких ожиданий, воротимся» — «Слабый» молвил Громобой с досадой «разве забуду я, что смерть моя полезна Милане». Сказал сие, и бежал в огонь. " Он вдруг остановился, и искал, чем бы побить невольника. Пред- ставлявшее издали огненную реку был ряд выпуклых зеркал, постав- ленных на дрожащих пружинах так противу солнца, что отвращенные оі-аго лучи ударялись прямо в глаза приближающимся». ^ Таким образом опера повлияла на сказку. В свою оче- редь сказка стала темой оперы. Державин в «Рассуждении о лирической поэзии» писал: «. . . сообщим нужные замечания для желающих сочинять Оперы. По принятому издревле обыкновению, ради своей чудесности, Опе- ра — разумеется трагическая — почерпает свое содержание из языческой мифологии, древней и средней истории — Лица ее: боги, герои, рыцари, богатыри, феи, волшебники и волшебницы. У нас из Славянского Баснословия, сказок и песен древних и на- родных, писанных и собранынх Г-дами Поповым, Чулковым, Ключаре- вым и прочими в так названных книгах: Досугах, Славянских сказках и песенниках, много заимствовать можно чудесных произшествиий». ^ ^ Повесть о дворянине Заолешанине, богатыре, служившем князю Владимиру, ч. V, стр. 75 — 77. ' Чтение в Беседе любителей русского слова. Чтение четырнадцатое. Спб., 1815, стр 14—15. / 165