b000000684

Объяснения театральньк дредставХяют собой частный слу- чай рационалиістичвсжик объяснедий. Например: «Вельможи, разсудив о обстоятельстве, усмьтрели, что предприятие их не может совершиться, разве чрезъестесувенными средствами, или от- важности» каковаго нибудь богатыря; а потому и заключили кликать клич, не выищется ли кто снять на себя сей подвиг. Драшко одобрил сие намерение: он думал, что войско крылатых змиев не в ином состоит, кроме множества кораблей, снабженньк парусами, и что молва только обратила оные в чудовищ. Далее разумел он, что змий, обвившийся около столицы Бриттской, не моніет быть иное, как крепкая стена, снабженная стражею; о волшебствеж заключил, что чарования женщины смелый и предприимчивый мужчина легко может разрушить-». * История о ковре-самолете расаказыэаетоя таіким образом: «Наконец летающий ковер стал готов. Оным можно было управлять так на воздухе, как ладиею на воде; оный^ поднимался на высоту, опу- скался вниз, стремился вдоль и оборачивался в каждую желаемую сто- рону. Посредством ковра сего о. Роксолан, — сказал мне Аспарух, — намерен я подкрепить храбрость к надежду нашего народа. Ты ведаешь, что нужно утверждать простолюдинов в предрассудках как для того, чтоб привести их в повиновение, 'так и за тем, чтоб можно было при всяком нужном случае возбудить их ревность и храбрость, под предлогом защи- щения вещи, кою сочтет он за святыню. Венец, мною соделанный, ко- чечно, заслуживает сие предпочтение, в рассуждении предписанных на той законоположений; однакож надлежит деятельнейшим способом при- вести народ к рабскому оного обоготворению; ибо без сомнения твердо простоит держава, где Государь следует надписанному на венце сем, и где подданные каждое повеление своего Государя приемлют за глагол божественный. Я намерен предстать к моему сыну Русу, и уверить его о покровительстве Богов, и о обещании оных послать ему с неба венец, на коем предписаны будут правила, как ему должно вести себя на престоле. Я подвигну его ко всенародным молениям, и тогда пред собранием на- родным ты должен будешь, сокрывшись г, летающем ковре, опустить оный на золотой нити на главу Русову. Я отрежу притом нить так, что народ сего не приметит, и сочтет венец слетевшим^г-с небес по воздуху. Тъі предвидишь, я чаю, всю пользу такого благонамеренного обмана? Я не сомневался в сей истине, и следовал воле моего учителя. ( В назначенный час сели мы на ковре, забрав с собою сосуд, венец, зеркало, таинственные книги и орудия, и поднявшись на воздух, пусти- ^ Руские сказки, ч. IX, стр. 11 — 12. Повесть о богатыре Булате 169