b000000684

Прекрасное лицо Лелии покрывается сомнением, нежное сие сложё-< ние природы опускается во глубокомыслие: но разум, изобретатель всех невозможностей, прерывает цепи недоумения, и пылкость оного, сходная женскому полу представляет вещь невозможную, а тонкое понятие ра- зумной девицы приводит ее в субтильность. Лелия приказывает подать себе черной тафты и клею; подклеивает оную, и вырезает нежнбіми ру- ками самомалейший кружочик, прицепляет оный к лицу своему, смо- трится в зеркало и находит себя под сим малейшим знаком еще пре- лестнейшею; сердце ее чувствует радость, а ум удовольствие . . . Благосклонная Лелия пожелала сделать выдумки своей соучастни- цами и некоторых из своих приятельниц; а острота женского ума в тон- ких изобретениях начертала мушками и различные уже фигуры, как то: полумесяцы, звезды, плотные кружочки и с разными прорезами. Разнос- щицы сих драгоценностей объявляли всем принимающим, что Лелия сего часа только получила в подарок от своей приятельницы из великого Новаграда, и что сия есть последняя мода в том городе; а Новгород в то время в России почитался модным, так как ныне Париж в Европе. . . Таким образом многие знатные женщины пожаловали ко двору в новом изобретении, то есть в мушках. Государь вышед в собрание их, весьма много удивился таковой необычайности . . . Он подошел к ним со всею благосклонностью, приличною великодушному и снисходитель- - ному государю, хвалил сию выдумку ... но теперь прошу сделать мне удовольствие и оные снять . . . Все согласились исполнить волю госу- дареву охотно, чему должна была следовать и Лелия. Любопытные глаза Государя и Неоха тотчас обрели то, что искали, удивляясь тон- кой хитрости молодой девицы» (ч. V, стр. 181 — 186). Впоследствии Чулков вста&ил анекдот о происхождщініиіи тафтяной мушки в '«Словарь русских суеверий». Анекдот о «невидимой красавице» очень известен в стаірой литературе, в частности мы ©го находим в «Шутливой по- вести» (Котап ооті^ие) Скарроіва. В главе IX діаіна «По- весть о любоізиице-иевіидимке». Поівесть Скаррона оказала на Чулкова очень большое влия- ние. Роман Скаррона был переведен в 1 763 году с немецкого языка Василием Тепловым. ^ Чулков йспользоівал Скаррона в методе предстаівлеіния ав- тора, в шутливом самоушічижіании. Чулков называет себя ^ Господина Скаррона шутливая повесть. Переведена с немецкого языка Васильем Тепловым. Спб., 1763. (ч. I — II). 109