b000000635

ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. И П0Э31Я. Этотъ небольшой отрывочекъ одного изъ юношескихъ стихотворепій Кольцова важенъ для насъ по тѣмъ біографическимъ подробно- стямъ, которыя въ немъ заключаются. Изъ него узнаемъ мы, что большая часть юности Кольцовьшъ проведена была въ степи, гдѣ онъ помогалъ отцу своему въ его торговыхъ за- нятіяхъ (отецъ Кольцова занимался гуртами для доставки сала на салотопенные заводы). «Онъ былъ сынъ степи» — говорптъ Бѣлин- скій — «степь воспитала его и взлелѣяла». Съ другой стороны тоже самое стпхотворе- ніе указываетъ еще и на рано-установив- яііяся непріязненныя отношенія между юно- шей Кольцовьшъ и его отцомъ; нельзя не впдѣть нѣкотораго сарказма въ намекѣ его на то, что онъ ѣздилъ изъ степи въ городъ «за отцовскими мудрыми совѣтамп». Видно, что уже и въ 1829 году Кольцовъ чувство- валъ себя въ нѣкотрромъ разладѣ съ окру- жавшею его средою, и какъ будто сознавалъ себя выше ея и выше тѣхъ интересовъ, ко- торымъ она была исключительно предана. Накопецъ важенъ еще и третій памекъ юпошескаго стпхотворенія; важно длябіогра- фа то, что Кольцовъ, по его собственному, совершенно-чистосердечному сознанію, «не зналъ любви до 20-ти лѣтъ». Этимъ фактомъ совершенно объясняется намъ то важное } обстоятельство въ жизни Кольцова, которое ] послужило какъ бы иослѣднпмъ толчкомъ, ; иробудившимъ его къ иоэзіи, побудив- шимъ его отыскать накопецъ и такіе зву- ки, и такую форму, въ которыхъ опт. уяге могъ совершенно свободно выражать свои чувства, свою поэтическую душу. Въ семейство Кольцова . вошла молодая дѣвушка, въ качествѣ служанки, и Кольцовъ иолюбилъ ее со всею силою первой любви, со всѣмъ жаромъ молодаго, еще пе растра- ченнаго чувства. Бѣлппскій замѣчаетъ, что отношенія Кольцова къ этой молодой дѣ- вушкѣ вовсе «не были шалостью, не были и выраженіемъ безотчетпаго чувства, впервые пробудившеюся потребностью молодой ки- пящей крови. Нѣтъ, это была страсть глу- бокая и сильная, вліяніе которой Кольцовъ чувствовалъ всю жизнь свою. Онъ не только любилъ, онъ уважалъ, свято чтилъ предмета своей любви,.... но эта связь, составлявшая жизнь и блаженство молодаго поэта, не нравилась другимъ. Надо было разорвать ее во что бы то нистало. Для этого воспользо- 66 1 вались отсутствіемъ Кольцова въ степь, — и когда онъ воротился домой, то уже не за- сталъ ея тамъ... Это несчастіе такъ жестоко поразило его, что онъ схватилъ сильную го- рячку. Оправившись отъ болѣзни, онъ бро- сился какъ безумный въ степь, развѣдывать о несчастной. Сколько могъ далеко ѣздилъ самъ, еще дальше посылалъ преданныхъ ему за деньги людей. Не знаемъ, долго-ли про- должались эти розыски; только результатомъ ихъ было извѣстіе, что несчастная жертва расчета, попавшись въ донскія степи, въ ка- зачью станицу, скоро зачахла -и умерла въ тоскѣ разлуки и въ мукахъ жестокаго обращенія»... «Эта любовь» — замѣчаетъ Бѣлинскій (близко знавшій Кольцова и отъ него слышав- шій объ этомъ эпизодѣ)— «и въ счастливую' пору, и въ годину несчастія, сильно подѣй- ствовала на развитіе поэтическаго таланта Кольцова». Его стихотворные опыты обра- тились вдругъ въ горячія пѣсни любви и ненависти, въ унылыя, задушевныя выраяге- иія тоски и горя, въ полные и звучные отзывы па впечатлѣнія. окружавшаго его міра. И въ этотъ-то важный періодъ его поэтическаго развитія судьба свела его съ человѣкомъ, который иоолужплъ для него живымъ звѣпомъ, связавшимъ его съ совре- менною нашею литературного жизнью. Это былъ Н. В. Станкевичъ, о которомъ мы уже упоминали въ біографіи Бѣлинскаго. Станке- вичъ, сынъ воронежскаго помѣщика, быв- шій въ то время въ московскомъ упиверси- тетѣ, иріѣзжалъ на время каиикулъ въ де- ревню отца, а оттуда заглядывалъ иногда и въ Воронежъ. Слухъ о талантѣ Кольцова дошелъ до Станкевича, который познако- мился съ Кольцовымъ, ирочелъ его стихо- творные опыты и одобрилъ многое. Года два спустя, Станкевичъ встрѣтился съ Коль- цовымъ въ Москвѣ, куда тотъ отправился (въ 1831-мъ году) по дѣламъ и порученію отца своего. Тутъ завелъ онъ черезъ Станкевича и нѣкоторыя знакомства, «въ послѣдствіи довольно важный для него», по замѣчанію Бѣлинскаго , который и самъ съ нпмъ въ это время познако- мился, хотя собственно говоря, коротко сблизились они позже, а именно въ 1836 го- ду, иослѣ того, какъ въ 1835 уже вышла маленькая книжка стихотвореній Кольцова, изданная по предложенію Станкевича и на