b000000635

посдъдніе ИСТОРШ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. годы жизни. чеокаго яаправленія, счптавшагося въ свое время разрушительнымъ и анархпческимъ, этимъ самымъ уже «Теяеграфъ» навлекъ на себя репутацію «либеральнаго зкурнала», а репутація эта не могла не быть опасною въ періодъ реакцін, особенно усплившійся по- слѣ европейскаго движенія 30-го года. Сво- бодный, независимый взгіядъ «Телеграфа» на всѣ явленія умственной жизни въ Евроиѣ и въ Россіи, отсутствіе всяваго иодобостра- стія и лести — эти одни качества могли въ то время навлечь на журналъ нодозрѣніе въ неблагонадежности. Но этого было мало: въ то время, реакція силилась въ своихъ видахъ раздуть узкій иатріотизмъ притор- ными самовосхваленіями; многія газеты и журналы начали подвизаться на поприщѣ этого патріотизма; на сценѣ ставили разди- рательныя драмы, въ которыхъ указыва- ли на образцы любви къ отечеству и на- родной гордости... И въ такое - то время Н. А. Полевой сталъ печатать въ своемъ «Телеграфѣ» и «Новомъ Живонисцѣ» (са- тприческомъ нрилоліевіи къ «Телеграфу)), — рядъ постоянныхъ сарказмовъ надъ патріо- тизмомъ этого рода: ему принадлежитъ да- же честь изобрѣтенія и утвержденія за нимъ клички «кваснаго». Нѣтъ ничего уди- вительнаго, что за «Телеграфъ» Полевой подвергся самому строгому цензурному на- блюденію. Наконецъ, критическая статья на иатріотическую драму Кукольника «Рука Всевыпшяго Отечество спасла», иомѣщен- ная въ одномъ изъ первыхъ нумеровъ 1834 года, подала поводъ къ запрещенію «Теле- графа», которое сопровождалось адшини- стратпвнымъ слѣдствіемъ касательно поли- тической благонадежности самаго издателя. Съ ирекращеніемъ «Телеграфа» кончает- ЙЗЪ СОЧИНШ 1 жуковскій ^ (Изъ «Очерковъ Ру 1 ...Бываютъ въ ириродѣ и человѣчествѣ ( сходства протнвупоаожностей; видиыъ иред- і меты, сходные между собою тѣмъ, что они | нисколько одинъ на другой не иоходятъ. Та- кова въ русской иоэзіи сходственность про- тивуположности Державина и Жуковскаго. Хотите ли видѣть противуположность рѣ- 694 ся и цвѣтущій иеріодъ дѣятельности П. А. Полевого. Онъ прожи.іъ еще 12 лѣтъ носіѣ этого и умеръ въ 184(5 году 22-го Февраля, на 49 году отъ рожденія, въ Петербургѣ, отъ нервной горячки; но весь этотъ послѣдній періодъ его дѣятельности не представляетъ ничего замѣчательнаго. Мѣсто его, какъ пе- редоваго дѣятеля литературы, успѣли занять другіе, люди молодаго поколѣнія, восиитан- ныя подъ вліяніемъ его пропаганды; они по- вели далѣе дѣло развитія русскаго обще- ства, и едва ли можно обвинять сошедша- го съ поприща ветерана, за то, что онъ былъ человѣкомъ своего времени, во мно- гомъ расходился съ юнымъ поколѣніемъ и иодъ коиецъ своей жизни не былъ въ си- лахъ понять новыхъ потребностей, идей и явленій русской жизни и литературы. Боль- шую честь дѣлаетъ ему и то, что, расходясь съ юнымъ поколѣніемъ, расходясь часто да- же и съ самимъ собою, какъ съ бывшимъ издателемъ «Телеграфа^ онъ никогда не ста- новился ионерекъ дороги новому движенію русской мысли и не позволялъ своей иоле- микѣ выходить за литературныя предѣлы въ то время, когда подобный иріемъ былъ дѣломъ ежедневнымъ и обыкновеннымъ. Од- нимъ слйвомъ онъ имѣлъ полное право ска- зать о себѣ въ своей автобіографіи: «Кладу руку на сердце и дерзаю сказать въ слухъ, что никогда не увлекался я, ни злобою — чувствомъ для меня презрнтель- нымъ, ни завистью— чувствомъ, которое я не понимаю — никогда то, что говорилъ и ии- салъ я, не разногласило съ моимъ убѣжде- ніемъ, и никогда сочувствіе добра не остав- ляло сердца моего; оно всегда сильно билось для всего великаго, полезнаго и ирекраснаго». йіиполіевого. державинъ. ;ской Литературы»). шительную, къ какой способенъ человѣкъ, противуположность мыслей, характера, сло- ва, языка, вѣка, наиравленія? Прочитайте Державина, и послѣ него читайте Жуков- скаго. Совершенное недовольство собою, міромъ, людьми, недовольство тихое, унылое, и отъ