b000000635

ЖУРНАЛЬНАЯ исторія русской литературы. полемика. такъ точно и ліурналъ Новикова, въ свою очередь, могъ служить выраасеиіемъ поыы- словъ и мнѣній для другой, противуположной партіи «знатыыхъ господь». И дѣйствитель- ио, сохранилось преданіе, утверждающее будто въ «Трутиѣ» принимала участіе сама Е. Р. Дашкова и М. Л. Воронцовъ. Если допустить справедливость такого нредаиія, то намъ нечего будетъ удивляться тому, что простое, новидимому, письмо Правдолюбова заставило «Всячину» отвѣчать ему такъ рѣз- ко; еще мевѣе можно удивляться тому, что «Трутень», видя въ какой степени редакція «Всячины» задѣта за живое отвлеченными разсужденіями Правдолюбова о порокахъ и слабостяхъ, помѣстилъ на страиичкахъ своихъ другое письмо Правдолюбова, въ которомъ полемическій тонъ оказался еще болѣе за- дорнымъ, аиамеки— еще болѣе прозрачными. «Госпожа «Всякая Всячина» на насъ нрогнѣ- валась»— сказано въ этомъ письмѣ— «инашп нравоучительныя разсужденія иазываетъ ругательствами . Но теперь вижу, что она меньше виновата, нежели я дуыалъ. Вся ея впнасостоитъ въ томъ, что па русскомъ языкѣ изъясняться пе умѣетъ и русскихъ писант обстоятельно разумѣть неможетъ... Ежели я написалъ, что больше человѣколюбивъ тотъ, кто исправляетъ пороки, нежели тотъ, кто онымъ нотакаегь; то не знаю, какъ та- кимъ изъясненіемъ я могъ тронуть милосер- діе? Видно, что госпожа «Всякая Всячина» такъ похвалами избалована, что теперь и то почитаетъ за преступлепге, если кто ее не по- хвалишъ. Не знаю, почему она мое письмо иазываетъ ругательствомъ? Ругательство есть брань, гнусными словами выраженная; но въ моемъ прежнемъ иисьмѣ, которое заскребло по сердцу сей пожилой дамы, нѣтъ ни кнутовъ, нивисѣлицъ,нипрочихъ слуху иротивныхъ рѣ- чей, которыя въ нзданіи ея находятся... Совѣтъ ея, чтобы мнѣ лѣчиться — пе знаю: мнѣ ли больше приличенъ, или сей госиожѣ. Она, сказавъ, что не хочетъ отвѣчать «Трутню», отвѣчала ему всѣмъ своимъ сердцемъ и умомъ, и вся ея желчь въ ономъ письмѣ сдѣлалась видна. Когда же она забывается и такъ мокротлива, что часто не туда плюетъ, куда надлежитъ; то, кажется, для очпщенія ея мыслей и внутренности, небезиолезно и ей полѣчпться». Въ эту полемику между «Трутнемъ» и «Всячиной» вскорѣ вмѣшались и другіе жур- 438 налы: «Смѣсь» и «Адская почта» стали вто- рить «Трутню», а журналъ «И то, и се» — отстаивать «Всячину», «Смѣсь», отрекаясь отъ родства со «Всячиной» утверждала пря- мо, что «внучата ея (т. е. остальные журналы) поразумнѣе бабушки; въ нихъ я не вижу такихъ иротиворѣчій, въ какихъ она запу- талась. Вабушка въ добрый часъ намѣряется исправлять пороки, а въ блажной даетъ имъ послабленіе»... Пора бы вамъ, господа вну- чатаи илемянникипзвѣстной здѣсь старушки, иоиросить вашу бабушку, чтобъ она въ лист- кахъ своихъ получше наблюдала постоян- ство, старости ея лѣтъ приличное; а то она нынѣ, какъ молодое пиво, бродить и на одномъ основаніи мыслей своихъ остановить не можеть. Прежде божилась она, что бу- детъ исправлять пороки и никакого автора не тронетъ; но иослѣ, будучи въ томъ крѣпко увѣрена, что мертвые на критики не отвѣ- чають, такъ было привязалась къ «Телема- хидѣ», что едва сію ворчливую старушку отъ «Телемахиды» отогналь кто-то такой, ей ипсьмомь свопмъ доказавшій, что авторъ сей книги... много отечеству поіезныхъ книгъ перевелъ, и листками «Всякой Вся- чины» поврежденъ быть не можетъ». Само собою разумѣется, что эта крайне непріятная для «Всячины» полемика не могла продоллсаться и что журналы въ концѣ года прекратили свое существованіе, вѣроятно вслѣдствіе независѣвшихъ отъ нихъ вліяній. Всѣхъ пережила только «Всячина», выда- вавшая въ 1770 году «Варышекъ Всякія Всячины» — остальныя статьи отъ ирошло- годняго запаса— да еще «Трутень», но уже совершенно утративший свой характеръ; ни тотъ, ни другой журналъ не иомѣщали болѣе сатирическихъ статей на своихъ стра- нпцахъ и не вступали ни въ какую полемику. Въ «Трутнѣ» за это время даже было по- мѣщено иѣсколько иисемъ, будто бы полу- ченныхъ редакторомъ отъ разныхъ лицъ по поводу перемѣны тона въ его журналѣ. «Господинъ «Трутень!»— писалось въ одномъ изъ подобныхъ писемъ— «кой чортъ! что тебѣ сдѣлалося? ты совсѣмъ сталъ не тотъ; развѣ тебѣ наскучило, что мы тебѣ хвалили, и за- хотѣлося послушать, какъ станемъ бранить? ... Пожалуй скажи, для какой причины пе- ремѣнилътыпрошлогодній свойиланъ, чтобы издавать свои сатирическія сочиненія? Ежели для того, какъ ты самъ жаловался, что тебя