b000000635

ИСТОРШ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. бранили, такъ знай, что ты превеликую сдѣ- лалъ ошибку. Послушай, нынѣ тебя не бра- нятъ, но говорятъ, что нынѣшиій «Трутень» прошлогоднему не годится и въ слуги, и что ты ныпѣ также бредишь, какъ и другіе... Г. Новый «Трутень», преобразись въ ста- раго... а то вѣдь, я чаю, ты бѣдненькій останешься въ накладѣ: мнѣ сказывалъ твой книгонродавецъ, что нынѣшняго года ли- стовъ не покуиаютъ и въ десятую долю про- тивъ презкняго». Послѣ небольшой и довольно-замѣтнон пріостановки въ журналисткѣ въ начаіѣ 1770 года, интересъ возбулсдеиный ею въ обществѣ сталъ вскорѣ снова побуждать многпхъ къ новымъ попыткамъ въ томъ же родѣ. Редакторами новыхъ журиаловъ яви- лись нѣкоторые изъ прежнихъ предприни- мателей (М. Д. Чулковъ и неутомимый В. Рубанъ); редакціп другнхъ предпочли остать- ся анонимными. Такъ в , ь1770 году явились вновь: «Парнасской Щепетилшикъ* Чулкова, «Пустомеля», редакторъ котораго остался неизвѣстенъ, И «Трудолюбивый Муравей» В. Рубана; въ 1772 и 1773 гг. явились «Вечера" и «Мѣшенииа Катопо-скарроииче- скал* — новые журналы, принадлежавшіе также неизвѣстнымъ редакторамъ, и опять журналъ Ы. Новикова — <Живопиеецъ>. Въ 1774 году къ вышепомянутымъ прибавился еще только одинъновый журналъ; « Кошелекъ*, редакторомъ котораго былъ тотъ же Н. Новиковъ. Замѣчательнѣйшимъ изъ числа этихъ жур- иаловъ былъ конечно «Живописецъ» Н. Но- викова, въ короткое время выдержавшій пять издапій и сдѣлавшійся надолгое время лю- бимымъ чтеніемъ всѣхъ классовъ общества. Хотя обличительное направленіе въ «Живо- писцѣ» было еще болѣе опредѣленнымъ и рѣзкимъ, нежели въ «Трутнѣ», однакоже редакторъ его очевидно употреблялъ всѣ мѣры для того, чтобы не навлечь на свой журналъ излишипхъ нареканій. Онъ началъ съ того, что посвятилъ свой журналъ буд- то-бы неизвѣстному сочинителю комедіи «О время!» (т. е. самой Екатеринѣ) н въ этомъ посвященіи объявилъ ей прямо: «ем открыли мнѣ дорогу, которой я всегда стра- шился; вы возбудили во мнѣ желаніе подра- жать вамъ въ похвальномъ подвпгѣ исправ- лять нравы своихь единоземцевъ, вы по- острили меня испытать въ томъ своп силы> и т. д. Мнимо-неизвѣстный сочинитель ко- медіи «О время!» отвѣчалъ на это посвяще- ніе любезнымъ письмомъ. Новпковъ иоспѣ- шилъ прмѣстить его въ своемъ «Живописцѣ» и затѣмъ какъ бы принялъ за правило: каж- дый разъ, послѣ особенно рѣзкихъ обднчи- тельныхъ статеекъ, иомѣщать какую-нибудь громкую оду въ честь Императрицы, или диѳирамбъ князю Григорью Григорьевичу Орлову, или обращеніе къ графу Никитѣ Ивановичу Панину» 1 ). Самъ Новиковъ наме- каетъ на то, что опытъ научилъ его осто- рожности; въ одномъ мѣстѣ «Живописца», гдѣ онъ говорить, что пора уже въ настоя- щій просвѣщеиный вѣкъ снимать личины съ людей иорочныхъ, и что его журналъ именно для этой цѣли предназначается, онъ, въ тоже время, за правило себѣ полагаетъ: «не разлучаться съ тою прекрасною женщи- ною, съ которою его иногда видали», и ко- торая «называется Осторожностью ". Изъ предъидущаго мы настолько уже зна- комы съ главными темами сатиры ХѴПІ столѣтія, что мы здѣсь не будемъ повторять, на что преимущественно обращено было вни- маиіе журнальной сатиры въ Живописцѣ и другнхъ современныхъ ему еженедѣльникахъ; укажемъ только на такія стороны сатири- ческихъ журиаловъ, которыя составляли ихъ важную особенность и, конечно, главнѣй- шимъ образомъ способствовали ихъ успѣху въ средѣ образованной части нашего обще- ства прошлаго вѣка. Въ однообразной фор- мѣ писемъ или въ иносказательной формѣ восточныхъ повѣетей, разговоровъ въ царсінвѣ мертвыхъ, расказоьъ о видѣиномъ во снѣ, сати- рическихъ вѣдомостей, сатирическихъ словарей и лѣчебниковъ, или въ формѣ вопросовъ и отвѣтовъ — однимъ словомъ во всѣхъ ви- дахъ проявленія, какія были доступны жур- нальной сатирѣ прошлаго вѣка, она прово- дила тѣ гуманныя идеи, которыя нашли себѣ выраженіе въ «Наказѣ» Екатерины II; однакоже недовольствуясь нѣсколько отвле- ченной формой гуманности «Наказа» сати- 1 3 См. статью академика Пекарскаго: «Матер, для пет, шурн. и итер. дѣят. Екатерины II, стр. 9. Авторъ прибавляетъ тамъже къ приведенному нами выше: «Впрочемъ все это, кажется, недолго по- могаю, по крайней мѣрѣ во 2-й части «Живописца» Новиковъ видимо сдерживался иди быдъ сдерживаемъ». ІЧ9