b000000635

ЗНАЧЕНІЕ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. КАНТЕМИРА. и находить нужнымъ прибавить къ этому въ оправданіе своей литературной дѣятель- ности, что ....(стихи) не ущербили Ни малый къ дѣламъ часъ важнѣйшішъ и нуж- нымъ». Такъ же мало значепія придаеть Канте- мирь своимъ стпхотворепіямъ и вь томъ «письмѣ къ пріятелю, которое предпослалъ своимъ сатпрамъ вмѣсто предисловія; тамь онъ даже прямо выражаетъ ту мысль, что вообще мало пришлось ему написать потому именно, что онъ, по своей должности, вре- мени не нмѣлъ къ такому дѣлу, къ кото- рому только въ лишипхъ часахъ «прилѣжать позволено»; вообще лее, препровождая всѣ стихи свои къ неизвѣстному пріятелю, Кан- темира. ирибавляетъ, что дѣлаетъ это больше для исиравленія , чѣмъ для ирочитанія, и чтобъ «лишнихъ его часовъ употребіеніе (его пріятелю) было нзвѣстно». Одииъ изъ повѣйшпхъ біографовъ Канте- мира, бросая общій взглядъ на всю его ли- тературную и ученую дѣятельность, прихо- дить къ следующему выводу относительно 1 его значенія въ ряду другихъ современныхъ ему дѣятелей. «(Въ Кантемирѣ) соединялось псе то, что было вызвано потребностями пре- образовательной эпохи, и потому онъ являет- ся писателемъ-представителемъ этой эпохи. Какъ представитель своей эпохи, онъ вы- ставляетъ передъ нами идеалъ новаго рус- скаго человѣка, уже связаннаго съ интере- сами евроиейскаго просвѣщенія, человѣка съ новыми стремленіями, съ новою оцѣнкою дѣйствительности. Его любовь къ наукѣ и стремленіе принести пользу обществу вы- зывали его на литературные труды; а такъ какъ мораль уже многими (и до него) изла- галась въ формѣ сатиры, то онъ и взялъ эту форму для выраженія своихъ стремлений; подражаиіе лучшимъ образцамъ уже должно было явиться само собою по общему стрем- лепію подражать всему европейскому; оно было вызвано самымъ вѣкомъ. Какъ русскій человѣкъ съ евронейскимъ просвѣщеніемъ, немогъ онъ не отозваться и на вопросы, зани- мавшіе европейскихъ литераторовъ. Такимъ образомъ съ одной стороны Кантемиръ ка- сался самыхъ существенныхъ вонросовъ жиз- ни; съ другой же стороны, какъ писатель, не могъ обойти и вонросовъ чисто-теоретичес- кихъ, относящихся къ литературѣ. — Послѣ- дующія эпохи представляютъ намъ нѣсколь- ко свѣтлыхъ и дорогпхъ для иасъ личнос- тей, какъ напр. Ломоносова, Новикова, Ка- рамзина, которыя кажутся какъ будто пс- ішоченіемъ изъ ряда ирочихъ, но которыя все же могли развиться только въ то, а не въ иное время: въ нихъ соединилось все луч- шее, что могла соединить въ одной личности данная эноха. Тоже самое мы должны ска- зать и о Кантемирѣ: личность его рѣзко вы- дается изътолпы другихъ соединеніемъ всего лучшаго, что могло тогда соединиться въ од- иомъ лицѣ» Къ небольшому кругу тѣсно-связанныхъ съ Ѳеофаномъ образованнѣйшихъ дѣятелей, вызваниыхъ Петровской реформой, принадле- жалъ и Василій Ншштичъ Татищевъ (род. въ 1685 ум. 1750 г.). Здравый, наблюдательный и острый умъ, обширное образованіе, а главное одинаковость воззрѣній иа эпоху преобразо- ваній, все сближало Татищева съ Прокопо- вичемъ. Сверхъ того, мы видимъ въ Татище- вѣ человѣка, который и по своимъ полити- ческимъ убѣжденіямъ также шелъ рука-объ- руку съ партіей Прокоповича: въ переворотѣ 1730 года Татищевъ, вмѣстѣ съ юнымъ Кан- темпромъ, дѣйствовалъ за одно съ Прокопо- вичемъ протнвъ «верховниковъ» и во всю остальную жизнь свою, не смотря на то, что ему много пришлось пострадать въ послѣд- ствіи отъ Бироиа, не отстунилъ отъ своихъ убѣждеиій; въ самомъ завѣщаніи своемъ сы- ну о&ъ еще новторялъ ему: — «съ хвалящими вольности другихъ государств!, и ищущими власть монарха уменьшить никогда пе согла- суйся, ионеже оное государству крайнюю бѣ- ду нанести можетъ». Образованіе удалось Татищеву пріобрѣсти за-границей, куда онъ въчислѣ ирочихъ ноло- дыхъ людей былъ отправленъ Петромъ; но это вовсе не было то поверхностное, легкое или уз- косиеціальиое образованіе , которое пріобрѣ- талось за границею болыішнствомъ русскнхъ людей, отправляемыхъ въ Европу Петромъ для обученіи и для скорѣйшаго оиредѣлеиія къ извѣстному дѣлу, извѣстной работѣ. Свѣт- лый , практическш и глубокійумъ Татищева, 1 ) В. Стоюнинъ, см. статью его о Каитеиирѣ въ Глазуновскомъ изд. сочиненій Кантемира. 241