b000000635

ЛИТЕРАТУРА исторш русской литературы. ПРИ ПЕТРѢ. версвѣ и въ Новѣгородѣ; ие мѣшаетъ замѣ- тить, что въ тоже время въ Москвѣ была уже не одна, а двѣ типографіи. Относясь съ нѣкоторымъ недовѣріеыъ къ литературной дѣятельности монашества и духовенства, отъ котораго едва- ли можно съ было ожидать сочувствія реформамъ, Петръ, въ самомъ началѣ ХТШ столѣтія (въ 1700— 1701 г. г.), ириказываетъ у монаховъ, но мо- настырямъ, отобрать чернила, перья и бу- магу. Въ тоже самое время, принимая самыя рѣшительныя мѣры къ раоиространенію за- падной образованности въ Россіи, Петръ весьма сочувственно относится ко всему, что отрицало прошедшее и нападало съ безпощадной насмѣшкой на то, что мѣ- шало введенію его реформъ. Отсюда то объ- ясняется намъ иоявленіе въ началѣ XVIII столѣтія многихъ русскихъ произведеній, въ которыхъ преобладаетъ такъ называемое об- личительное направленіе, проявляющееся въ видѣ косвенныхъ и прямыхъ нападковъ иро- тивъ всего, что до этоговременииользовалось на Руси важнымъ значеніемт, и авторите- томъ; отсюда же объясняется намъ и го- рячая привязанность Петра къ Оеофану Проконовичу, блистательному защитнику и разумному истолкователю сущности Петров- ской реформы, заключавшейся преимуще- ственно въ обращеніи отъ религіозныхъ ин- тересовъ къ человѣческимъ, житейскимъ. Об- личительное направленіе, поощряемое Пе- тромъ, высказалось опредѣлительно и яс- но въ нроизведеіііяхъ Ѳеофана, хотя эти иро- изведенія по формѣ своей, и относились ско- рѣе къ духовной, нежели къ свѣтской лите- ратурѣ. Въ его время не было у насъ журна- листики, не существовалъ обычай высказы- вать нечатно мнѣнія о состояніи страны, ад- министраціи и т. п. — однпмъ словомъ, у Про- коповича не было тѣхъ средствъ, которыми пользовался писатель его времени въ дру- гихъ государствахъ. Отъ него требовали п ожидали словъ на торжественные случаи, ему приказывали сочинять уставы, — онъ и выполнялъ все это, но такъ, что часто, вмѣ- сто ироповѣди, выходилъ у него политиче- скій намфлетъ, а вмѣсто зоконодателыіаго памятника— сатира 1 ). Петръ, способствуя развитію въ современ- ной ему литературѣ отрпцательнаго напра- вленія, не чуждался никакихъ формъ отрн- цанія и осмѣянія недостатковъ того близ- каго прошлаго, которое онъ стремился уничтожить и замѣннть новымъ, лучшимъ настоящимъ. Онъ не нренебрегалъ далее и формою грубой, площадной сатиры, которая иредназиачалась для того, чтобы и въ самой массѣ народа иосѣять , отвращеніе къ суе- вѣрію и иредразеудкамъ старины и распо- ложить ее въ пользу новыхъ норядковъ. Са- тира эта проявилась въ видѣ шутовскихъ интермедій (т. е. между-дѣйствій), которыя вставлялись между дѣйствіями иолу-свѣт- скихъ л иолу-духовныхъ пьесъ въ тѣхъ слу- чаяхъ, когда эти пьесы давались не на ири- дворномъ театрѣ, а въ частныхъ помѣще- ніяхъ, куда допускаемо было большинство публики, безт. разбора званій. Въ этихъ ин- термедіяхъ выводимы были на сцену, на всеобщее осмѣяніе, типы тѣхъ личностей и тѣ черты современной народной жизни, ко- торыя подвергались наибольшему иреслѣ- дованію со стороны закона: —раскольники, иреслѣдуемые правительствомъ за суевѣріе и привязанность къ старинѣ, ставленнпкъ, добивающійся мѣста священника, дьячокъ, оплакивающій дѣтей, отбираемыхъ у него для отсылки въ семинарію, подьячіе, ловя- щіе въ мутной водѣ рыбу, приверженцы старины, оплакнвающіе доброе старое вре- мя, когда можло было не брить ни бороды, ни усовъ, и не носить нѣмецкаго платья 2 ). Чтобы ознакомиться съ наиравленіемъ этой площадной сатиры, выразившейся въ интер- медіяхъ петровскаго времени, стонтъ здѣсь ') ІІенарскій. Наука и литература при Петрѣ Великоиъ; т. I. ст. 480 и 481. 2 } Въ 1705 г., поолѣдовалъ указъ, по которому всѣ, кромѣ спшцѳнно-церковпослужптеіей, въ Москвѣ должны были носить съ 2 января до Пасхи вплоть платье саксонское, а исиоднее— камзолы, башмаки и нроч., нѣмецкое. Лѣтомъ надо было носить Французскую одежду, отъ которой не избавлены была и крестьяне, Въ томъ же году велѣно брить бороды и усы, и наложена тяжкая иодать на тѣхъ, кто не хотѣлъ подчиняться указу. Это возбудило сильный ропотъ въ пародѣ, такъ какъ русскіе книж- ника учили, что всѣ міряне для спасенія души должны носить усы и бороды. Чтобы утишить эти толки, Дмитрій, митронолитъ ростовскій, написалъ весьма замѣчательный въ историческомъ отноше- ніи трактатъ «Объ образѣ и иодобіи Божьемъ въ человѣцѣ>. 219