b000000635

ОБРАЗОВАНІЕ И НАУКИ. называется университетъ; второй— академія или соціететъ художествъ и наукъ. Понеже пыыѣ въ Россііг зданіе къ возращенію ху- дожествъ п наукъ учипено быть иыѣетъ, то- го ради невозможно, чтобы здѣсь сдѣдовать въ прочнхъ государствахъ принятому образ- цу; но надлежитъ, смотря по состоянін здѣ- шняго государства, какъ въ разсужденін обу- чающнхъ, такъ п обучающихся и такое зда- ніе учинить, чрезъ которое бы не токмо сла- ва сего государства для размноженія наукъ ыынѣшнпмъ временемъ распространилась, ио и черезъ обученіе и расиложеніе оныхъ польза вънародѣ впредь была. При заведеніи простой академіп наукъ (т. е. академіи, какъ чисто-ученой коллегіп, подобной академіямъ иноземнымъ) обои намѣренья не исполнят- ся, ибо хотя чрезъ оную художества и науки въ своемъ состоянін производятся и распро- страняются, однокожь де оныя не скоро въ народѣ расплодятся, а нри заведеніи уни- верситета—меньше того, нбо когда разсу- дить, что еще прямыхъ школъ, гимназіевъ и семинаріевъ нѣтъ, въ которыхъ бы молодые люди началамъ обучиться и иотомъ выше гра- дусы наукъ воснріятьи угодными себя учинить могли, то невозможно, дабы при такомъ состо- яніи университетъ нѣкоторую иользуучинить могъ. И такъ потребнѣе всего, чтобъ здѣсь таковое собраніе заведено было, ежелибъ изъ самолучшихъ ученыхъ людей состояло, ко- торые довольны (т. е. способны) суть: 1) науки производить и совершить, однакожь де тако, чтобы они тѣмъ наукамъ 2) молодыхъ лю- дей публично обучали и чтобъ они 3) нѣко- торыхъ людей при себѣ обучали, которые бы младыхъ людей первымъ фундаментамъ всѣхъ наукъ паки обучать могли, и такпнъ бы образомъ одно зданіе съ малыми убытками тое же бы съ великою пользой чинило, что въ другихъ государствахъ три разныя соб- ранія чинятъ» (т. е. академія, унпверситетъ, гимназія). Этотъ указъ объучрежденіи акаде- міи лучше всего характеризуетъ намъ взглядъ Петра на образованіе: онъ не ирнзпаетъ его общечеловѣческаго зпачеиіяи полагаетъ, что его слѣдуетъ примѣнять къ потребностямъ времени и народа, въ средѣ котораго над- лежало его распространять. Нельзя до нѣ- которой степени не признать справедлп- вымъ такой взглядъ Петра по отношенію къ Россіи; не слѣдуетъ забывать, что образо- ваннѣйшіе изъ числа русскихъ людей, въ 218 1717 году, изъ перевода книги астронома Гюйгенса, впервые получили понятіе о си- стемѣ Коперника! Взглядъ Петра на литературу точно также своеобразенъ, какъ и взглядъ па образованіе, и отличается тѣмъ же самымъ ирактициз- момъ и утилитарнымъ направлевіемъ. Въ ли- тературѣ онъ видѣлъ только средство къ уясненію, проведенію въ жизнь и оправданію своихъ преобразованій, — литературой же умѣлъ онъ пользоваться не только какъ ору- діемъ оборонительнымъ протпвъ клеветъ и безобразныхъ обвиненій, взводимыхъ ино- странцами на Россію, но и какъ орудіемъ наступательньшъ противъ внутреннихъ, до- машнихъ враговъ своихъ — раскольниковъ, ханжей, приверженцевъ стариннаго русскаго невѣжества и застоя. При Петрѣ, впервые, станокъ тинографскій иріобрѣтаетъ на Руси надлежащее, важное зиаченіе и становится не плохою замѣною рукописиаго труда, а дѣйстнителыіымъ орудіемъ для быстраго, лег- каго и повсемѣстиаго распространенія и об- мѣна мыслей. Печатаются не только книги, но и рѣчи, сказанныя по поводу того или другаго важнаго событія, и торжественный стпхотворенія, сочиненныя по случаю побѣдъ и діразднествъ, нрославляющія величіе совре- менной Петру Россіи, печатаются наконецъ (съ янв. 1703 года) первыя въ Россіи «Рус- скія Вѣдомости,» за изданіемъ которыхъ такъ зорко и тщательно слѣдитъ самъ Петръ Ве- ликііі. Печатаются и въ Россіи книги не на одномъ только русскомъ языкѣ, а и иа язы- кахъ пностранныхъ, дабы иностранцамъ дать возможность близке ознакомиться съ положе- ніемъ дѣлъ въ новой, преобразованной Пе- тромъ Россіи; печатаются Русскія книги для Россіи и на иностраиныхъ языкахъ о Россіи въ Амстердамѣ, съ цѣлыо опроверженія кле- ветъ о Россіи, распространяемыхъ въ Европѣ ПІвеціею. Чтобы дать понятіе о томъ усилен- номъ значеніи, которое нріобрѣтаетъ въ Рос- сіи книгопечатанье при Петрѣ, достаточно будетъ припомнить здѣсь, что въ кондѣ XVII столѣтія на всю Россію только и было что двѣ тииографіи: одна въ Кіево-Печерской Лаврѣ, другая въ Москвѣ, на печатномъ дво- рѣ. Въ 1711 году появляется первая типо- графія въ Петербургѣ, а къ 1720 году, въ томъ же Петербургѣ мы видимъ уже четыре тииографіи, кромѣ новыхъ тинографій, воз- нпкишхъ въ Черниговѣ, въ Повгородѣ-Сѣ-