b000000623

31 гля-самоучки — Ксенофонт Силыч Добротворский йЬглец из Новгородской бурсы, неудачник, любив- ' Іий напевать о былой новгородской славе и воль- фсти. Отцу очень не нравилось, что «малый» ни- ак не может оторваться от книги и каких-то уче- ных речей, точно в попы или писаря хочет првго- * 'овиться, и у «малого» вырабатывается привычка итать и писать на лету и на ходу, где-нибудь ;риткнувшись к забору, к столбу, разложив клочек бумаги на копенке. Чтобы сын не был «дармоедом», -ятенька приказал сыну ни ногой не бывать у Си- •тыпа, а сыну уже очень нз'жно было поделиться Силычем своим особым секретом — стихами, изо- бражавшими пожар^ приключившийся по соседству. Силыч стихи прослушал и одобрил. Между тем, 3, А. Суриков, расширяя торговлю, открыл еще лавку и посадил туда сына на отчет- ность. Это дало возможность быстро зревшему юноше ааняться на большем просторе и книгами и стихами цод руководством и при участии семьи домохозяев Ъобиикомых. которые даже показали стихи Сури- кова какому-то литератору. Тот впрочем оказался строже «Силыча» и выразил такое убеждение, что тыну лавочника лучше заняться «своим делом». Это чае смутило начинающего поэта, а только заставило г го тщательнее отделывать свои стихи. Но его ждал новый удар. Прошла Николаевская железная дорога, торговля Сурикова, расположенная в районе, занятом извозопромышленниками и на них расчи- танная, сильно пошатнулась; решено было, что Захар Адрианович отправится в деревню, а сын его пойдет помогать дяде Ивану. Дядя Иван был че- ловек крутой. Он уже знал, какие странности во- дятся за племянником, и очень не одобрял, что он стихотворец и конечно «мешок». О неудаче своего брата он судил также, как тот о неудачах «уче-