b000000604

исключительно. До 1812 года имъ были написаны; «Князь-невидимка или Личарда-волшебникъ» на либретто Е. Лифанова, «Любовная почта», а также «БЪглецъ отъ нев'Ьсты», обЪ на либретто кн. Шаховского, «Илья богатырь» на либретто И. А. Крылова и, наконецъ, «Казакъ стихотворецъ» на либретто кн. Шаховского. Отсылая интересующихся къ историкамъ оперы, мы изъ сочиненій его упомянемъ еще только оперу «Иванъ Су- санинъ», послужившую основнымъ матеріаломъ для Глинкинской оперы «Жизнь за Царя». Характеризуя Кавоса, какъ композитора, СЬровъ говоритъ: 262 «Со стороны творчества Кавосу никакъ нельзя отказать въ заміічательномъ талант'Ь. Только, — какъ это всегда бываетъ съ капельмейстерами, каждый Божій день разучивающими и исполняющими музыку вс'Ьхъ сортовъ безъ отдыха и передышки, — въ КавосЪ «оригинальнаго» и искать было невозможно. Онъ писалъ красиво, ловко для голосовъ и. инструментовъ, приноравливался очень къ требованіямъ тогдашней русской публики и не церемонился въ своихъ операхъ «вдохновляться то Моиартомъ, то Керубини, то Спонтини, то Мегюлемъ, то Чимарозой и Фіорованти, то русскими пЪснями, переиначивая ихъ въ куплетныя формы русскихъ водевилей, — формы уже «рутинныя» съ послЪдняго десятилЪтія про- шлаго (18-го) в'Ька». Что же касается Кавоса, какъ капельмейстера, то современники ставили его въ этомъ отношеніи очень высоко. «Это былъ отличный техникъ по дирижерской части; славно зиалъ и оркестръ, и голоса, ум'ѣлъ ладить все такъ ловко съ практической стороны, что артисты, даже безголосые, преисправно занимали свои роли въ операхъ и что произведенія большого калибра, какъ, напримЬръ, «Весталка» Спон- тини, шли на тогдашней петербургской сцеп'Ь ничуть не хуже, ч'Ьмъ на многихъ европейскихъ. 263 «За пульпитроиъ оркестра Кавосъ превра- щался весь въ огонь: публика наша часто имЪла случай видЪть, какъ его магическій жезлъ плавалъ во всЪ стороны, какъ руки усмиряли и вновь подымали бури оркестра, усиливали и обуздывали порывы хоровъ, а быстрые глаза бросали огненные взоры то на сцену, то на музыкан- товъ, и, казалось, хотѢли одушевить своимъ вдохновеніемъ». 264 Однако, и въ этой области было не безъ треній. Кавоса обвиняли въ томъ, что онъ «растягиваетъ а11е§то», сравнительно съ темпами метронома, что онъ «позволяетъ себТ) перемЪнять многіе пассажи въ музык'Ь нротивъ партитуры» и т. п., вслЪдствіе чего дирижированіе русской оперой у него временно далге отнимали. 265 Обращаясь, наконецъ, къ характеристик'!) Кавоса, какъ учителя пТшія, нужно сказать, что бблыпая часть пЪвцовъ и примадоннъ того ИЗ