b000000588

— 564 - Литература христіанской Арменіи проота, чиста, серьезна. Она лишена всякихъ свѣтскихъ украшеній, всякихъ соблазновъ вымысла, всякаго пскус- ственнаго кокетства. Она является совершенно обнаженною въ своей вышитой золотомъ церковной мантіи, обагренной кровью. Ея отлпчптельный признакъ: едпнство формы съ единствомъ духа. Въ ней отсутствуютъ романъ, эпопея, драма. Армянская литература — это сплошной гимнъ. Ея эпопея — это исторія священной борьбы, житія святыхъ и отцовъ церкви, разсказы о велпкомученикахъ; ея роыанъ — это библія, а мѣсто драмы заняли величественные церковные обряды. Европейскіе путешественники, которые пмѣлп случай присутствовать при этихъ церковныхъ обрядахъ былп поражены ихъ величественнымъ характеромъ и пхъ трагическишъ велпчіемъ. Аббатъ Villefroy, одинъ нзъ первыхъ европеііскихъ ппсателей, которые занялись изученіеыъ хрпстіанской Ариеніи, писадъ въ началѣ прошлаго столѣтія: „Нѣіъ нпчего болѣе краснорѣчпваго и болѣе трогательнаго, чѣлъ молитвы и болѣе величественнаго, чѣнъ обряды армянской церкви". Арыяне, не пмѣвшіе никогда оригпнальнаго театра, обнаруживаютъ глубокое драыатическое чувство въ рели- гіозныхъ обрядахъ, которые] напоминаютъ театръ древней Греціи. Литургія — это цѣлая трагедія. Священнодѣйствующій съ непокрытою головою, босыми но- гами, протянутыии руками, покрытый блисташщей ыантіей, стоитъ передъ освѣ- щеннызіъ алтаремъ, украшеннымъ золотомъ и цвѣтами, и представляетъ, въ гла- захъ колѣноііреклоненной толпы моляищхся, стремленіе страждущаго человѣчества къ источнику справедливости и красоты і). Драыа измѣыяется сообразно съ дня- ми. Въ Великій Четвергъ вся церковь покрывается бѣлымъ, а въ Великую Пяг- ницу она облачается въ трауръ: огромная черная занавѣсь закрываетъ алтарь. Въ ночь Великаго Четверга церковь гаситъ всѣ свѣчп, чтобы средп мрака пѣть печальные гпмны. Въ Вербное Воскресенье вечеромъ церковь символпчно изобра- жаетъ страшный судъ: епископъ, преклонпвъ колѣна, молится у затянутой за- вѣсы о дозволепіи быть допущеннымъ въ Рай.— И только иногда пережиткп древ- няго язычества переплетаютъ простоту этой христіанской драмы. Въ день Пре- ображенія, во время великой процессіи, разбрасываютъ народу розы и выпускаютъ голубей, согласно съ древшшъ обычаемъ праздника Анахпты, а наканунѣ праз- дника Введенія во храмъ зажигаютъ костеръ во дворѣ церкви. въ память огнеіі Мпхра (Іитра). Далѣе, при всей своей ограниченностп, эта церковная литература иногда возвышалась до степеші наивысшихъ вдохновеній. Христіанству удалось лпшить мыслъ народа ея языческаго направленія, но оно не могло вырвать у него его лирическую и склонную къ восхищенію дущу. Произошло только измѣненіе темы. Яревній пѣвецъ продолжалъ жпть въ поэтѣ, слагавшемъ церковныя пѣснопѣнія. Не только кое-что осталось отъ энтузіазма языческаго поэта, но также и отъ свѣтло-радо.стнаго настроенія, отъ лучезарной ясностимиеическихъпоэмъ. Блескъ пламеннаго лирпзма освѣщаетъ мистпческій мракъ этой хрпстіанской поэзіи. і) Лица, ішѢбшія возможбость, бпдѢть расныя литургіи въ Римѣ, еъ церкви с. Андрея Delia Yalle, едішодушно прпзнаютъ, гоБорцтъ академпкъ Лероа-Больѳ, что армянская ліітургія, какъ древнѣйшая, саыая торжественная. (Cm. его conference 9 іюня 1896 г.— Les .Armeniens et la question Armenienne, стр. 11). i