b000000586

ТІОРГО. отдѣльными цехами и открылъ мастерскую свободной конкурренціи обо- ихъ половъ и всѣхъ жителей Франціи. Что же касается до провинціаль- ныхъ корпорацій, отмѣна ихъ послѣдовала. послѣ. Изъ нихъ только три учрежденія, съ которыми соединилась общественная безопасность, — книгопечатаніе, мастерство золотыхъ дѣлъ и фармація остались на преж- немъ основаніи, впредь до преобразованія ихъ на другихъ началахъ. Послѣдній ударъ нанесенъ былъ этому чудовищному произведенію сред- нихъ вѣковъ въ 1790 году. (См. Есопот. аи ХУШ 8. т. 9. Айтіпі- зігаііоп). Такъ, безъ потрясенія и крови, совершилась величайшая реформа, благодаря уму и твердой волѣ мыслителя-министра. Рабство отъ при- виллегіи и рабство отъ монополіи — какъ двѣ неразлучныя формы поли- тическаго угнетенія народовъ — если не были разрушены вполнѣ, то, по крайней мѣрѣ, потеряли прежній варварскій характеръ. Свобода об- мѣна и труда, безъ которой нѣтъ никакой соціальной свободы, была предвѣстникомъ новой жизни для Франціи; Тгорго признавалъ неравен- ство состояній, какъ историческій фактъ, но онъ отвергалъ его въ тео- ріи. Отсюда вытекала его горячая ненависть къ полицейски-торговымъ стѣсненіямъ, къ привиллегированнымъ компаніямъ и къ порабощенію труда цеховымъ мононолемъ. Всѣ гражданскіе его акты, всѣ частныя дѣйствія проникнуты однимъ правиломъ, выраженнымъ Гурне въ двухъ словахъ: „Іаінзег-Гаіге, Іаінзег-ражег" . Онъ хотѣлъ дать Франціи то, за что она заплатила, впродолженіе послѣднихъ семидесяти лѣтъ, ужас- ными страданіями; среди гражданскихъ смутъ и политическихъ волненій, никогда не терялся изъ виду одинъ капитальный вопросъ — свобода труда. И что особенно странно, когда мы пишемъ эти строки, передъ нами лежитъ программа Наполеона III, въ которой онъ признаетъ не- обходимость свободнаго обмѣна и ослабленія запретительной системы. „Съ давнихъ поръ, говоритъ онъ, — провозглашаютъ истину, что для процвѣтанія торговли надо увеличивать средства обмѣна; что безъ кон- курренціи промышленность находится въ застоѣ и поддерживаетъ до- роговизну цѣнъ, мѣшающую прогрессу потребленія; что безъ промы- шленности, развивающей капиталы, самое земледѣліе остается въ мла- денческомъ состояній. Такъ все связывается въ неразрывную цѣпь въ постепенномъ развитіи элементовъ народнаго довольства". (Ьеііге аи ші- пізіге сГёіаІ;. 1860. 5 января). Въ этомъ нѣтъ ничего новаго, но здѣсь говоритъ за свободу труда человѣкъ, который еще такъ недавно огра- ничивалъ ее... Слѣдовательно, логика событій становится неотразимой даже для той власти, которая и не хотѣла бы признать ее. Начало солидарности въ международныхъ и общественныхъ отношеніяхъ, съ каждымъ днемъ, принимаетъ болѣе очевидный характеръ; всѣ начи- наютъ убѣждаться, что въ этомъ огромномъ мірѣ, раздѣленномъ геогра- фическими и социальными границами, въ этой вѣчиой борьбѣ націй, 310