b000000586

ТІОРГО. охрансніе личныхъ интересовъ. Управляя народомъ, сначала она защи- щала его отъ разбоевъ и грабежей феодальнаго дворянства, потомъ отъ королевскаго своеволія и, наконецъ, слилась съ правительствомъ въ об- щемъ неуваженіи къ чисто-народнымъ интересамъ. Посвященная въ таиныя намѣренія политической власти, изучая законы и знакомая еь ихъ крючковатыми формами, обставленная вездѣ покровителями того же класса, она лучше могла отстоять свои выгоды, чѣмъ безпомощный жи- тель деревни. Поэтому, когда король ставилъ на мѣсто ея своихъ соб- ственпыхъ агентовъ, она перекупала ихъ должности, чего бы опѣ ни стоили. Но чѣмъ муниципальная независимость падала ниже, и чѣмъ плот- пѣе бюрократія сливалась съ централизаціей, то есть, чѣмъ меньше было въ ней содержанія и больше формы, тѣмъ дальше она отходила отъ народа. Въ XIV или XV вѣкѣ, когда трудно провесть отличитель- ную грань между мѣщапиномъ и поденнымъ работникомъ, она, соб- ственно, жила одной жизнью съ низшимъ сословіемъ; ее сравнивало съ нимъ невѣжество, раболѣніе, бѣдность и одинаковое желапіе освободиться отъ „медвѣжьей лапы" вассала; въ XVIII вѣкѣ она болѣе не нуждалась въ гражданскихъ правахъ; теперь она сама господствовала и притѣсняла. „Каждый городъ, говоритъ Тюрго, — занятый своими собственными инте- ресами, готовъ жертвовать имъ деревнями и селами своего округа". Иначе и быть не могло. Правительственная система, основанная на разъединеніи и эгоизмѣ, отнюдь не могла покровительствовать единству отдѣльныхъ сословій; повидимому, одно чувство было общимъ чувство мъ — любовь къ отечеству, но истинный натріотизмъ развивается въ прямомъ отношеніи съ народной свободой. Раба подкупаютъ легко, потому что онъ продаетъ легко. По мѣрѣ того, какъ французская буржуазія замы- калась въ касту, ненависть народа къ ней становилась глубже. Онъ увидѣлъ въ ней того же сеньора, но болѣе хитраго и грубаго, съ тѣми же хищными инстинктами, но съ большей скаредностью. Крестьянинъ чувствовалъ эту зависимость во всѣхъ своихъ движеніяхъ; заводилъ ли онъ тяжбу, искалъ ли онъ труда и хлѣба, занимался ли онъ ремесломъ или торговлей, вездѣ тяготѣло надъ нимъ неотразимое вліяніе мѣща- нина. Правительство, столь щедрое на узаконенія всякаго рода, какъ будто забыло, что въ деревняхъ есть также люди, которымъ, кромѣ хлѣба и воды, необходимо гражданское существованіе; оно занималось устрой- ствомъ однихъ городовъ; для нихъ оно придумывало ежедневные де- креты, публичныя должности и цехи; здѣсь за всѣмъ наблюдалъ глазъ его полиціи, всѣмъ руководила его воля. Деревня, напротивъ, была за- брошена. Конечно, она ничего не теряла бы отъ этой слишкомъ отече- ской заботливости; но не надо забывать, что ея нравственныя и мате- ріальныя средства были ничтожны; сама но себѣ она не могла ничего предпринять и выполнить... 20 305