b000000586

МОРГО. было высочайшимъ совершенствомъ государственнаго устройства. Къ нему должны стремиться всѣ человѣческія желанія, ему должны помо- гать всѣ средства, потому что только имъ можетъ существовать и бла- годенствовать народъ. На этой идеѣ Кене построилъ свое собственное царство, въ которомъ развитіе и покровительство агрикультуры должно быть первымъ и самымъ важнымъ дѣломъ правительства. „Раздѣленіе обществъ, говорить Еене, — на различные классы гражданъ, изъ кото- рыхъ одни господствуютъ надъ другими, уничтожаетъ общій интересъ націи и вводитъ раздоръ въ частные интересы отдѣльныхъ сословій. Это раздѣленіе разрушило бы порядокъ земледѣльческаго правитель- ства, которое главнѣе всего должно заботиться объ одномъ каниталь- номъ предметѣ — о нроцвѣтаніи агрикультуры; она служить органомъ всѣхъ общественныхъ и государственныхъ богатствъ". (Махітез йи §оиѵететеМ сГип гоуаите Адгісоіе, стр. 81. Есонош. аи XVIII з., т. XII). Жзъ этого видно, что Кене допускалъ одно дѣятельное сословіе — въ общественномъ устройствѣ ■ — земледѣльческое; его онъ называлъ про- изводительнымъ, всѣ же другія — безполезными. Нельзя не замѣтить, что въ этомъ ученіи былъ уже зародышъ будущей школы комунистовъ. II та и другая, по неотразимому закону логики, должна была придти къ отрицанію индивидуальной свободы, убивъ ее фатализмомъ. Но ме- дикъ Людовика XV не умѣлъ развить идеи до яснаго результата; онъ только даетъ предчувствовать, какимъ отвратительнымъ деспотизмомъ могло закончиться его ученіе, по цѣли, въ высшей степени гуманное. Впослѣдствіи ученикъ его, Лемерсье Ларивьеръ, дѣйствительно, впалъ въ эту ошибку. Его „теорія естественнаго порядка политическихъ обществъ", провозгласивъ свободу труда, въ то же время поставила ее въ строгой зависимости отъ внѣшней и случайной силы; онъ и его послѣдователи думали, что для развитія этой свободы надо больше дѣйствовать на королевскую власть, чѣмъ на самый народъ. Мы понимаешь, что всякая власть, тѣмь болѣе, абсолютная — способна къ ведичайшимъ и самымъ крутымь переворотамъ, но мы не знаемь ни одного историческаго при- мѣра, гдѣ бы привиллегированное сословіе охотно поступилось личными выгодами въ пользу противной партіи, мы не знаемь ни одного случая, гдѣ соціальное возможно-лучшее устройство вытекало бы изъ простого самоотверженія человѣческаго эгоизма. Возьмите самую богатую ан- глійскую аристократію, и спросите: гдѣ и когда она добровольно усту- пала наслѣдственныя права для облегченія участи нѣсколькихъ мил- ліоновъ пролетаріевъ? Не она ли, напротивъ, образовала изъ колоніаль- ной системы строго-обдуманную споліацію Востока? Не она ли обратила Ирландію, одну изъ прекраснѣйшихъ странь свѣта, въ синонимь ни- щеты и порока? Не она ли, впродолженіе послѣднихъ ста лѣть, оста- вила безъ измѣненія поземельныя подати и поразила таксами самые существенные предметы внѣшней торговли? Не она ли организовала 19 289