b000000586

ТІОРГО. При всемъ томъ, что система Лоу перепутала частные интересы, разрушила множество состояній и повлекла за собой повсемѣстиое бан- кротство, она имѣла и хорошія стороны. Она познакомила Францію съ общественнымъ кредитомъ, открыиъ въ немъ новый источникъ дѣятель- ности и богатства; она пробудила духъ частной предпріимчивости и под- винула нромышленныя силы. Все зло обрушилось на богатые классы и это, можетъ быть, спасло ее отъ болѣе серьезныхъ послѣдствій. Отри- цательная польза ея еще была важнѣе; когда акціи испарились и бир- жевой ажіотажъ упалъ во мнѣніи общества, производительный трудъ возвратилъ себѣ прежнее значепіе; поземельная собственность сдѣлалась единственной твердой опорой народнаго богатства. Многіе жалѣли о вре- менахъ Кольбера, еще больше было тѣхъ, которые вспоминали Сюлли. Эта реакція въ экопомическомъ воснитаніи Франдіи была тѣмъ сильнѣе, чѣмъ очевиднѣе обнаружились ошибки и предразсудки прошлаго вре- мени. Мыслящіе умы обратили вниманіе на то сословіе, которое стра- дало и всего менѣе пользовалось общественнымъ уваженіемъ и пособіями правительства. Философія освѣтила его закрытый раны и боли, и въ то же время старалась найдти средства залѣчить ихъ. Теперь было недо- статочно ни сладкаго демократизма Фенелона, ни классической лести фана- тика-попа Боссюета, нужно было серьезное изученіе соціальнаго положенія земледѣльцевъ. По мѣрѣ того, какъ гнила и замирала городская жизнь,' — фантазія человѣка искала идеала въ деревнѣ. Здѣсь, кромѣ природы и красоты ея, еще были признаки жизни, были люди, съ надеждой на будущее. Изъ этой реакціи поэты взяли художественную сторону, а экономисты — положительную. Вождями послѣдняго направленія были физіократы. Но въ ихъ ученіи была и другая сторона; мы постараемся раскрыть ее. Когда система Лоу рухнула, разсѣявъ мечты правительства насчетъ бумажнаго богатства, оно обратилось къ старой методѣ, — къ отягоще- нію народа постоянно возраставшими податями и къ развитію такихъ отраслей государственнаго дохода, которыя поставили и монархію и под- данныхъ въ безвыходное ноложеніе въ 1789 году. Въ этомъ отношеніи правленіе Людовика XV справедливо сравпиваютъ съ самымъ плохимъ водевилемъ французской исторіи. Оно продолжало Людовика XIV, но тамъ, по крайней мѣрѣ, было много внѣшняго блеску и нѣсколько ис- тинно великихъ предпріятій; здѣсь ничего подобнаго не случилось. Напротивъ, раззорительныя войны, предпринимаемыя королевскими лю- бовницами для развлеченія скучавшаго властителя, были не удачны; и Франція, говоритъ Левассеръ,— -прогнанная на шоряхъ, побитая на сушѣ, униженная на конгрессахъ, заплатила ужасными потерями за ошибки и глупости своихъ правителей". (Нініоіге (Іев сіаввев оиѵгіёгез, т. II, стр. 377). Относительно промышленности это царствованіе было подра- жаніемъ Кольберу, то есть, всѣмъ недостаткамъ его, не имѣя и тѣни ни его таланта, ни любви къ народу. 275