b000000586

КОЛЬБЕРЪ И ЕГО СИСТЕМА. ской чести, раздѣленная съ народомъ глубокой антипатіей, она развра- щала вмѣстѣ и власть и поддашшхъ. Едва ли можно указать во всей Европѣ бюрократію болѣе бездарную, хищную и анти-народную, какъ французская до революціи 1789 года. Она вмѣстѣ съ феодальной ари- стократіей приготовила націи тѣ кровавые дни, въ которые чувство ме- сти вырвалось изъ ея груди огненнымъ волканомъ. Въ экономическомъ отношеніи это сословіе было еще болѣе вредно. Въ рукахъ его сосредоточивалось до четырехъ сотъ девятнадцати миллі- оновъ мертваго капитала, безполезнаго для земледѣлія и промышленно- сти. (Сібтепі, стр. 263). Само оно, лишенное производительныхъ силъ, не вносило дѣятельныхъ элементовъ въ то общество, на счетъ котораго жило и богатѣло. Кольберъ посмотрѣлъ на него только съ этой точки. Мая 30-го, 1664 года, онъ обнародовалъ эдиктъ, которымъ уничтожилъ множество прежнихъ судебныхъ должностей и двѣсти пятьнадцать се- кретарскихъ мѣстъ при особѣ короля. Впослѣдствіи онъ опредѣлилъ цѣну каждаго мѣста, возрастъ и способность чиновниковъ, подчинивъ ихъ бо- лѣе строгому контролю. Конечно, эта мѣра только вполовину облегчала зло, но Кольберъ не могъ идти дальше, ни по убѣжденію, ни по об- стоятельствамъ. Онъ допускалъ необходимость сложной администраціи, но только требовалъ отъ нея болѣе честной дѣятельности и менѣе ту- неядства. Притомъ чрезмѣрные расходы короля часто заставляли его противорѣчить лучшимъ цѣлямъ. Такъ, въ 1672 году, противъ всякаго желанія, онъ долженъ былъ, для пополненія казны, открыть новую продажу должностей, поставивъ въ число королевскихъ чиновниковъ торгашей дичи и свиней, разносщиковъ ликеровъ и проч. и проч. За всѣмъ тѣмъ реформа его принесла свой плодъ: она освободила са- мую важную государственную отрасль — судебную — отъ аукціоннаго торга. Наконецъ, мы уігомянемъ здѣсь о третьей его реформѣ, — строго экономической и въ высшей степени народной; мы говоримъ объ уни- чтозкеніи внутреннихъ заставъ и таможенъ. Какъ порожденіе феодаль- наго самоуправства, внутренняя таможенная система разбросила сѣть безчисленныхъ препятствій и стѣсненій по всей Франціи. Каждый сеньёръ, пользуясь правомъ поземельнаго собственника, опредѣлялъ и собиралъ по- шлины за проѣздъ по его владѣніямъ произвольно. И по мѣрѣ того, какъ эти владѣнія дробились, затрудненія коммерческихъ сношеній возрастали- „Купцу, говоритъ Бланки, — положительно нельзя было сдѣлать ни одного шага, чтобъ не заплатить за право проѣзда — онъ платилъ за мосты, за сплавку по рѣкѣ, за проходъ мимо зймка, ' за пыль, которую поднималъ по дорогѣ и за множество другихъ случаевъ". (Нійіюіге сіе Гёсопошіе роІШдие, т. I, стр. 139). Послѣ этого не удивительно, если торговля среднихъ вѣковъ болѣе походила на воровство, чѣмъ на соціальную связь людей и народовъ. Гонимый еврей, для котораго деньги были единствен- 347