b000000560

вд^янм Ѳ. Н. ГЛИНКА. 177 IV. ЯВЛЕНІЕ НЕВѢДОМАГО. И было — то было въ Виеарѣ — Креститель подъ иальмой стоялъ, А желтый потокъ Іордана Кипѣлъ и шумѣлъ, и сіялъ. Собралося много народу, — И отрокъ, и старецъ сѣдой Стремились, изъ жажды спасенья. Живой окатиться водой. Изъ дальнихъ пустынь на верблюдѣ, Изъ блпжнихъ на статномъ конѣ — И рабт., и свободные люди Спѣшили къ іорданской волнѣ. Радушно снимая одежды, Всякъ сердце хотѣлъ обнажать; А голосъ пустыни — яустыннымъ Душйлнъ возвѣщалъ благодать. КаЕЬ многое тутъ пробудилось! Всѣ тайны раскрылись сердецъ; То мытарь блѣднѣлъ и молился. То въ латахъ смирялся боецъ. И слёзы текли по ланитамъ, И вздохи кипѣли въ устахъ; И всѣ торопились омыться Въ купельныхъ іорданскихъ волнахъ. Но вдругъ вдохновенный Креститель Воскликнулъ во ушію всѣхъ; „Глядите! се Агнецъ есть Божій, Отъ міра взимающій грѣхъ!" И взоры всѣхъ ищутъ кого-то, Какъ-будто видѣнія сновъ; Глядятъ, вопрошаютъ съ заботой: „Гдѣ жъ дивный Взиматель грѣховъ?" И иутникъ вдали показался Величественъ, тихъ, сановитъ; И шелъ онъ, какъ Вожія дума. Высокою тайной покрытъ. Такъ ходятъ алмазный звѣзды По синимъ своимъ высотамъ, Сіяньемъ земнымъ обливая. Не данствуя пхъ суетамъ. И вспыхнули разныя чувства На лицахъ людей и въ очахъ: То вѣра боролась съ невѣрьемъ, То съ сладкой надеждою — страхъ. Пытливость лукаво глядѣла, И кротость смиренно ждала, Чтб скажетъ невѣдомый путникъ, Какія проявитъ дѣла? Отъ путпика-жъ вѣяло жизнью, Зане — онъ и жизнь, и любовь; И будетъ такъ вѣять, доколѣ Погаснетъ лампада вѣковъ. ТРОЙКА. Вотъ мчится тройка удалая Вдоль по дорогѣ столбовой, И колокольчикъ, даръ Валдая, Гудитъ уныло подъ дугой Ямщикъ лихой — онъ всталъ съ полночи, Ему взгрустнулося въ тиши, — И онъ запѣлъ про ясны очи, Про очи дѣвіщы-души: „Ахъ, очи, очи голубыя, Вы сокрушили молодца! Зачѣмъ, -о люди, люди злые, Вы ихъ разрознили сердца? „Теперь я бѣдный сиротина!..." И вдругъ ямщикъ — по всѣмъ по трёмъ, - И тройкой тѣшнлся дѣтина И заливался соловьёмъ. IV. ИЗЪ ПОЭМЫ „КАРЕЛІЯ". Пуста въ Карелѣ сторона. Безмолвны сѣвера поляны: Въ тиши ночной, какъ великаны, Возставъ озёръ своихъ со дна, Въ выси рисуются обломки. Чуть уцѣлѣвшіе потомки Былыхъ первоиачальныхъ горъ. Но рѣдко человѣка взоръ Скользить, заходить въ ихъ изгибы; Однѣ, встревожась, плещутъ рыбы, 12 і