b000000560

176 Ѳ. Н. ГЛИНКА. Всё стало сладкой тишиною, И я вдали, какъ въ дпвномъ снѣ, У слыша ль Бога — въ тишинѣ! II. А Н Г Е Л Ъ. Судъ мірамъ уготовляется. Ходить Богъ по иебесамъ: Звѣздъ громада разстуиается На иросторъ Его вѣсамъ. И, послышавъ Бога, далънія Тучи ангеловъ взвились; Протѣснясь въ врата кристальный, Хоры съ пѣньемъ ионеслнсь. И мой ангелъ охранительный, Ужъ терявшій на землѣ Блескъ небесный, блескъ плѣнительный, Расиустилъ свои крилѣ. У судьбы земной иодт. молотомъ, Въ сторонѣ страстей и бурь, Яркихъ крылъ потухло золото, Полиняла въ нихъ лазурь. Но какъ всё иеремѣнилося! Онъ на Бога иосмотрѣлъ — И лицо его свѣтилося, И хитонъ его свѣтлѣлъ. Ахъ! когда жъ жильцамъ-юдольннкамъ Возвратятъ полетъ и намъ, И дадутъ земнымъ невольникамъ Вольный достуиъ къ небесамъ? III. ПЕРЕЛЁТНАЯ ПТИЧКА. Скрывалось за горы Роскошное солнце, И долгіи день лѣтній Угаснулъ — и вечеръ Насталъ съ тишиною; И въ воздухѣ душно. Зарница играла По нивамъ волнистыыъ, И сизая туча Вдали загоралась; Далёкое эхо Въ горахъ рокотало. Я вь рощѣ тѣнистой Дышадъ ароматомъ Цвѣтущаго луга. Вдругъ птичка слетѣла Не знаю, откуда — И, зыблясь на вѣткѣ, Запѣла уныло. Уныло и сладко. Я весь стал ь вниманье И весь упоенье: Душа разрывалась Отъ пѣсни унылой; Душа восхищалась Унылою пѣснью. И отзывъ далекій Друзей отіучённыхь, И память о прошломъ, О дняхъ невозвратныхъ Бывалаго счастья, И стоны разлуки, И шепотъ нредчувствііі, Грядущаго тайны — Всё, всё выражала Волшебная пѣсня Чудесной пѣвнцы. Мнѣ видѣлось: мѣсяцъ Стоялъ недвижимо, И звѣзды, внимая, Горѣли яснѣе, И грохотъ нагорный Затихъ — и въ забвеныі Сидѣлъ я до утра, Мечтая о небѣ. Пѣвица всё пѣла, Но, вмѣстѣ съ росою, Подъемлясь всё выше, Какъ искра угасла, Въ лучахъ утонула. Откуда ты, птичка, Небесная радость? Гдѣ край твой далёкій, Въ которомъ ты, прелесть. Гостишь неотлётно? И странникъ печальный Въ семь мірѣ мятежномъ, По сердцу мнѣ чуждомъ, Услышу-ль опять я Въ безмолвіи ночи, Залётная гостья, Твой голосъ чудесный? Иль разъ только въ жизни Онъ смертному слышенъ?