b000000560

А. Ѳ. ВОЕЙКОВЪ. 153 ваяіи желчи на своихъ враговъ, которыхъ у него было очень много, благодаря его „Дому Сумасшед- шихъ" и его злобному, завистливому нраву, ко- торый, въ глазахъ его, оправдывалъ всякое сред- ство — лишь бы оно вело къцѣли. Воейковъ умер ь 16-го іюня 1839 года, в у, о -5 » р ^7^ гтг '■с ПОСЛ.АНІЁ КЪ СПЕРАНСКОМУ. Сперанскій, другъ людей, полезный граждаиинъ, Великій человѣкъ, хотя не дворянинъ! Ты славно нобѣдилъ людей несцраведливость — Собою цосрамилъ и барство, и кичливость. Ты свой возвысилъ родъ: твой гербъ, твои чины И слава — собственно тобой сотворены; Твои иослѣ тебя наслѣдуютъ потомки Любовь къ отечеству, не титлы только громки. Однако же, нельзя дворянство вздоромъ счесть, Когда, съ заслугами соединяя честь. Почтенный дворянинъ, блистая орденами. Быть хочетъ такъ, какъ ты, полезенъ намъ дѣламіі; Дворянство помнить онъ лишь только для того. Чтобы достойнымъ быть отличія сего; Заслуги праотцовъ своими умножаетъ — И честь ихъ имени ещё свѣтлѣй сіяетъ. Наиротивъ, не могу я вытерпѣть никакъ, Чтобы воспитанный французами дуракъ Чужимъ достоинствомъ безстыдно украшался И предковъ титлами предъ свѣтомъ величался. Пусть праотцовъ его сіяетъ похвала; Пускай въ псторіи безсмертны ихъ дѣла; Пускай монархи имъ за вѣрное служенье Пожаловали гербъ, дипломы въ награжденье: Гербы и граматы въ глазахъ честныхъ людей — Гнилой пергаментъ, пыль, объѣдки отъ червей, Коль, предковъ славныя являя намъ дѣянья, Въихъ внукѣ невозжгутъ къчестямъ соревнованья; Когда, безъ славныхъ дѣлъ, тщеславіемъ набить, Потомокъ глупый ихъ въ презрѣниой нѣгѣ спитъ. А между-тѣмъ, сей князь, бояринъ этотъ гордой, Надутый древнею высокою породой, Глядитъ, какъ-будто онъ насъ царствомъ подарилъ. И Богъ не изъ одной насъ глины сотворилъ; Какъ-будто съ Минихомъ дѣлилъ труды и славу. Или съ Суворовымъ взялъ гордую Варшаву, Неужли вѣчно мнѣ глупца сего щадить? Однажды навсегда хочу его спросить: Скажи, о дивный мужъ, отличное творенье, Какія у людей животныя въ почтеньѣ? Мы дорого цѣнймъ ретиваго коня За то, что статенъ онъ, горячъ, какъ пылъ огня. За то, что никогда въ бѣгу не утомлялся И на ристалищѣ стократно отличался; Но будь Алфановъ онъ или Баярдовъ внукъ. Да кляча по себѣ— тотчасъ сбываютъ съ рукъ; Прощай почтеніе и къ племени, и къ роду! На нёмъ тащатъ дрова, или привозятъ воду. Зачѣмъ-же хочешь ты слѣпить насъ мишурой? Родня великимъ ты— примѣры предъ тобой: Румянцевъ п Орловъ среди громовыхъ звуковъ; Въ посольствѣ князь Репнинъ, въ сенатѣ Долго- руковъ; Спаситель Еропкйнъ отъ язвы, отъ враговъ; Любители наукъ— Шуваловъ, Муравьёвъ; Херасковъ — нашъ Гомеръ, воспѣвшій древни брани, Россіи торжество, иаденіе Казани; Поэтовъ красота, вельможей образецъ, Державинъ, сильныхъ битвъ, любви, боговъ дѣвецъ. Онъ движетъ въ насъ сердца, златыя движа струны; Онъ нѣженъ, какъ любовь, и звученъ, какъ перуны. Къ заслугамъ и къ честямъ премножество дорогъ. Наслѣдникъ бабушкпнъ и мамепькинъ сынокъ, Не на однихъ словахъ,будь баринъ самымъ дѣломъ, Великихъ сихъ мужей поставь себѣ прішѣромъ: Будь честенъ, какъ они — и княжествомъ хвались, Полезенъ обществу— и предками гордись. Пусть бабушка твоя отъ крови будетъ царской, А дѣдушкой роднымъ князь Курбскій иль Пожарскій: Хоть ты не внучекъ ихъ, но можешь внучкомъ слыть. Кто смѣетъ Минина породой укорить? Но знай, что кто въ дѣдіхъ считаетъ Геркулеса, Не долженъ быть ни трусъ, ни глупая повѣса. Но ты не внемлешь мнѣ— ты, вѣчное пятно, Безчестье праотцовъ. Я вижу то одно. Что ты дуракъ, подлецъ,бездѣльникъ благородный, Отъ корня добраго гнилой сучокъ, негодный. Остановись, мой духъ, въ досадѣ на бояръ! Ты слишкоиъ далеко простёръ сердечный жаръ! Со знатнымъ будь всегда учтивѣе, скромнѣе, Смягчи-же грубый гласъ, спроси его нѣжнѣе: Какъ древность рода вы изволите считать? „О, я за триста лѣтъ могу вамъ доказать— И доказательство такъ явно и безспорно: Дипломы, грамоты!.." Помилуйте, довольно! Подъ скиптромъ благости для всѣхъ права даны: Полезные сыны отечеству равны, И самый древній родъ, богатое наслѣдство Не есть отличное для службы царской средство. Но если какъ нибудь, ошибкой, или такъ,