b000000560

В. А. ЖУКОВСКІЙ. 127 III. МИМОПРОЛЕТѢВІІІЕМУ ЗНАКОМОМУ ГЕНІЮ. Скажи, кто ты, ыѣпитель безымянный? Съ какихъ небесъ примчался ты ко мнѣ? Зачѣмъ опять влечёшь къ обѣтованпоіі Давно, давно покинутой странѣ? Не ты-ли тотъ, который жизнь младую Такъ сладостно мечтами усыплялъ И вт> старину про гостью неземную. Про милую надежду ей шепталъ? Не ты-ли тотъ, кѣмъ всё во дни прекрасны Такъ жило тамъ въ счастливыхъ тѣхт. краяхъ, Гдѣ лугъ душистъ, гдѣ воды свѣтю-лсны, Гдѣ веселъ-день на чистыхъ небесахъ? Не ты-ль во грудь съ живымъ весны дыханьемъ Таинственной усталостью влеталъ. Её тѣсннлъ томительнымъ желаньемі. И трепетнымъ весельемъ вол нова лъ? Поэзіи священнымъ вдохновеньемъ Не ты ль съ душой носился въ высоту, Предъ ней горѣлъ божественнымъ вндѣньемъ, Разоблачалъ ей жизни красоту? Въ часы утратъ, въ часы печали тайной, Не ты ль всегда бесѣдой сердца былъ. Его смирялъ утѣхою случайной И тихою надеждою цѣлнлъ? И не тебѣ-лъ всегда она внимала Въ чпстѣйшія минуты бытія, Когда судьбы святыню постигала. Когда лишь Богъ свидѣтель былъ ея? Какую жъ вѣсть принёсъ ты*, мой плѣннтель? Или опять мечтой лишь поманишь, И — прежнихъ думт. напрасный пробудитель — О счастіи шепнёшь и замолчишь? О, геніп мой, побудь ещё со мною! Бывалый другъ, отлётоыъ не спѣши: Останься, будь мпѣ жпзнію земною, Будь ангеломъ-хранителемъ душіі! IV. МОРЕ. Безмолвное море, лазурное море, Стою очароваяъ надъ бездной твоей. Ты живо: ты дышишь; смятенной любовью, Тревожною думой наполнено ты. Безмолвное море, лазурное море, Открой мнѣ глубокую тайну твою; Чтб движетъ твоё необъятное лоно? Чѣмъ дышитъ твоя напряженная грудь? Иль тянетъ тебя нзъ земныя неволи Далёкое, свѣтлое небо къ себѣ? Таинственной, сладостной полное жизни. Ты чисто въ присутствіи чистомъ его; Ты льёшься его свѣтозарной лазурью, Вечернимъ и утреннимъ свѣтомъ горишь, Ласкаешь его облака золотыя И радостно блещешь звѣздами его. Когда же сбираются тёмныя тучи, Чтобъ ясное небо отнять у тебя. Ты бьёпіься, ты воешь, ты волны иодъемлешь. Ты рвёшь и терзаешь враждебную мглу — И мгла печезаетъ, и тучи уходятъ; Но, полное прошлой тревоги своей, Ты долго вздымаешь испуганны волны, И сладостный блескъ возвращённыхъ небесъ Не вовсе тебѣ тишину возвращаетъ; Обманчпвъ твоей неподвижности видъ: Ты въ безднѣ покойной скрываешь смятенье: Ты, небомъ любуясь, дрожишь за него. V. НОЧЬ. Уже утомившійся день Склонился въ багряныя воды; Темнѣютъ лазурные своды, Прохладная стелется тѣнь — И ночь молчаливая мирно Пошла но дорогѣ эѳирной, И Гесперъ летнтъ передъ ней Съ прекрасной звѣздою своей. Сойди, о небесная, къ намъ Съ волшебнымъ твонмъ нокрываломъ. Съ цѣлебнымъ забвенья фіаломъ, Дай мира усталымъ сердцамъ! Своимъ мпротворнымъ явленьемъ, Своимъ усыпительнымъ пѣньемъ Томимую душу тоской, Какъ матерь днтя, успокой! VI. ТЕОНЪ И эсхинъ. Эсхинъ возвращался къ пенатамъ своимъ, Къ брегамъ благовоннымъ Алфея.