b000000560

102 И. А. К] Затѣялп сыграть квартетъ. Достали нотъ, баса, альта, двѣ скрыпки, И сѣли на лужокъ подъ липки Плѣнять своимь искусствомъ Свѣтъ: Ударили въ смычки — дерутъ, а толку нѣтъ. „Стой, братцы, стой!" кричитъМартышка: „погодите! Какъ музыкѣ итти? вѣдь, вы не такъ сидите. Ты съ басомъ, Мишенька, садись противъ альта, Я, прима, сяду противъ втбры. Тогда пойдётъ ужъ музыка не та: У насъ запляшутъ лѣсъ и горы!" Равсѣлись, начали квартетъ; Онъ всё-таки на ладъ нейдетъ. — „Постойте жъ, я сыска лъ секретъ!" Крнчнтъ Осёлъ; „мы вѣрно ужъ поладимъ, Коль рядомъ сядемъ." Послушались Осла; усѣлись чинно въ рядъ, А все-таки квартетъ нейдётъ на ладъ. Вотъ, пуще прежняго, пошли у нихъ разборы Ж споры — Кому и какъ сидѣть. Случилось Соловью на шумъ ихь прилетѣть. Тутъ съ просьбой всѣ къ нему, чтобъ ихъ рѣшить сомнѣнье — „Пожалуй", говорятъ: „возьми на часъ терпѣнье. Чтобы квартетъ въ порядокъ нашъ привесть; И ноты есть у насъ, и инструменты есть; Скажи лишь, какъ намъ сѣсть!" - „Чтобъ музыкантомъ быть, такъ надобно умѣнье И уши вашпхъ понѣжнѣй", Имъ отвѣчаетъ Соловей: „А вы, друзья, какъ ни садитесь, Всё въ музыканты не годитесь." VI. КОТЪ И ПОВАРЪ. Какой-то Поваръ, грамотей, Съ поварни побѣжалъ своей Въ кабакъ (онъ набожныхъ быль правилъ— И въ этотъ день по кумѣ тризну правилъ), А дома стеречй съѣстное отъ мышей Кота оставилъ. Но чтб же, возвратясь, онъ видитъ? На полу Объѣдки иирога; а Васька-Котъ въ углу, Припавъ за уксуснымъ бочёнкомъ. Мурлыча и ворча, трудится надъ курчёнкомъ. — „Ахъ, ты, обжора! ахъ, злодѣй!" Тутъ Ваську Поваръ укоряетъ: „Не стыдно-ль стѣнъ тебѣ, не только что людей?" (А Васька всё-таки курчёнка убираетъ). „Какъ! бывъ честнымъ Котомъ до этихъ поръ. Бывало, за примѣръ тебя смиренства кажутъ — А ты — ахти, какой позоръ! Теперя всѣ сосѣди скажутъ: „Котъ-Васька — плутъ! Котъ-Васька — воръ! И Ваську-де не только-что въ поварню. Пускать не надо и на дворъ, Какъ волка жаднаго въ овчарню: Онъ порча, онъ чума, онъ язва, здѣшнихъ мѣстъ!" (А Васька слушаетъ да ѣстъ). Тутъ риторъ мой, давъ волю словъ теченью, Не находилъ конца нравоученью. Но что жъ? Пока его онъ пѣлъ, Котъ-Васька всё жаркое съѣлъ. А я бы повару иному Велѣлъ на стѣнкѣ зарубить, Чтобъ тамъ рѣчей не тратить нопустому, Гдѣ нужно власть употребить. VII. МУЗЫКАНТЫ. Сосѣдъ сосѣда звалъ откушать; Но умыселъ другой тутъ былъ: Хозяинъ музыку любилъ — И заманилъ къ себѣ сосѣда иѣвчихъ слушать. Запѣли молодцы: кто въ лѣсъ, кто по дрова И у кого, что силы стало. Въ ушахъ у гостя затрещало, И закружилась голова. — „Помилуй ты меня, сказалъ онъ съ удпвленьемъ: „Чѣмъ любоваться тутъ? Твой хоръ Горланитъ вздоръ!" — „То правда", отвѣчалъ хозяинъ съ умиленьемъ: „Они немножечко дерутъ, За то ужъ въ ротъ хмѣльнаго не берутъ, И всѣ съ прекраснымъ поведеньемъ". А я скажу: по мнѣ ужъ лучше пей, Да дѣло разумѣй. VIII. ЛАРЧПКЪ. Случается нерѣдко намъ И трудъ, и мудрость видѣть тамъ, Гдѣ стбитъ только догадаться — За дѣло просто взяться. Къ кому-то принесли отъ мастера Ларецъ. Отдѣлкой, чистотой Ларецъ въ глаза кидался;